Ошибка президента

В кабинете капитана Сивыча стояла старая, видавшая виды мебель, стол был завален зелеными папками с завязками, и ничто, в том числе и обычнейший советский телефон на столе, не могло навести на мысль о том, что в мире существуют факсы, компьютеры и удобная офисная мебель.

– Гражданка Крутикова? – Сивыч поднял голову, – Я помню о вашей просьбе встретиться с Константином Дмитриевичем. Но его сейчас нет в Москве. Как только он приедет, я вам позвоню. А я попросил вас прийти все по тому же поводу. Вы уже слышали, что Карапетян убит?

– У нас есть подозрение, что его убил тот самый человек, которого вы, похоже, видели вместе с Гамлетом у «Мясницкой» – Сергей Саруханов.

Накануне убийства между ними что-то произошло – соседи слышали. Машина принадлежала Саруханову. Как вы и предполагали, – Василий Васильевич поднял на Галю глаза и улыбнулся, – Не хотите стать нашим штатным агентом? Нам такие кадры нужны.

– Да нет, спасибо, – Галя покачала головой. – Я уже однажды работала в… одном ведомстве: Всего лишь гардеробщицей.

Но и этого мне хватило.

– Принуждать не имеем права, – развел руками капитан Сивыч, – Но я хотел задать вам несколько вопросов. Вернемся к убийству Карапетяна, – начал он. – Сергей Саруханов, то есть тот человек, которого вы видели у метро, сразу же после убийства Гамлета исчез. Скрылся.

– Наверно, испугался, – предположила Галя.

– Тогда лучше всего искать в Армении, – заметила Галя. – Или у родственников здесь.

Сивыч вопросительно поднял брови.

– Он же южный человек,– пояснила Галя,– у них обычно очень сильно чувство семьи.

Такой человек будет скрываться среди своих.

– Это разумно, – кивнул головой Сивыч. – Но я хотел спросить вас о другом. Вы не припомните каких-нибудь деталей в поведении или характере Карапетяна? Иногда мелочь может на что-то натолкнуть. Подумайте.

Галя задумалась, вновь стараясь воскресить в памяти образ невысокого плотного человечка в мешковатых брюках бутылочного цвета и с мутными лживыми глазами на одутловатом лице.

– Не знаю, – наконец, ответила она.

– Мне кажется, он такая мелкая рыбешка… Я бы пожалела для него машины. Хорошую машину пришлось взорвать. По-моему, он того не стоил. Может быть, Витя Станиславский что-нибудь вам подскажет. Кстати, – Галя внимательно взглянула на Сивыча,  – что с ним будет?

Нанесение особо тяжких, – Сивыч наморщил лоб,– сто восьмая. До восьми лет.

Нанесение? – удивленно повторила Галя, – Значит, Шура жив? Я имею в виду Шевченко? А в газете писали, что ни умер.

Сивыч улыбнулся.