Или как обозвать это щемящее ощущения чуть ниже грудины. Оно для меня в новинку.
Мне хочется еще крепче обнять, запустить пальцы в ее длинные волнистые волосы. Логика отчаливает еще быстрее, чем когда я ее банально хотел. Новые ощущения куда сильней!
– Когда–нибудь мы во всем разберемся.
Все–таки глажу ее затылок.
– Как?..
А хороший вопрос! Какой выход ты видишь, Костя? Что она просто расколется и скажет правду? Как все было на самом деле, с какой целью она пришла… Ладно, черт с ним, кто там настоящий отец Левки.
Ведь главное, что он есть, этот реальный биопапа. Так?
Или, Козырев, ты готов поверить в ошибочность сразу двух тестов ДНК из проверенных лабораторий? Тех, что ты сам заказал и оплатил? Чувствую, как Лина вздрагивает в моих руках. И понимаю, что своим вопросам не могу сказать твердое «нет».
– Костя… – она, оказывается, начала высвобождаться из объятий. – Извини.
Там, в грудине, где только что щекотало, начинает сжиматься. Но Лина не делает никаких заявлений. Она просто собирается уйти.
Догоняю ее, ловлю за руку. Притягиваю к себе и быстро целую. Как будто мы перед тронувшимся поездом. И кому–то уже через пару секунд нужно вскочить на ступеньку. Я вбираю в себя ее мягкие, солоноватые губы. Вообще не понимая, зачем. И уже собираюсь отпустить ее… на этот ""поезд"", как она – отвечает!
На этот раз мы целуемся обоюдно, глубоко и довольно нервно. Но от этого не менее приятно. Все ощущения из груди расползаются по всему телу. Оно с легкой болезненностью напрягается. Я прижимаю к себе Элину крепче, впечатываюсь в нее.
Не отрываясь от моих губ, она издает стон."
"Сладкий звук как будто бы накидывает на меня сеть. Довольно эластичную, ведь я могу двигать руками и ногами. Но ту, из–за которой я не могу отпустить Элину или уйти самому. Мне хочется спровоцировать ее на еще один звук удовольствия. Да и самому испытать это.
Пальцы проходятся вниз по ее спине. Злосчастная футболка достаточно тонкая. Я чувствую тепло Лины. И некоторые детали ее гардероба. Которые мне лучше не представлять ни сами по себе, ни что они скрывают.
Лучше… Лучше бы мне бежать. Но я все еще жадно глажу стройную фигурку. Лина делает шаг назад. Однако из моих рук не рвется, и я просто шагаю за ней. Мы целуемся и медленно движемся по гостиной. Урывками пытаемся дышать. Думать… наверное, даже не пытаемся. Окружающий мир не просто останавливается. Он отменяется. Перестает быть вместе со всеми нашими заморочками. Вместе с повисшим вопросом о правде.
