Осколки неба

Не съел он ее там, часом?

— Скорее уж она его съела, — возразила мама и, встав с дивана, подошла к двери. — Пойду посмотрю.

Как только она вышла из комнаты, Вера, взяв Лизу за руку, погладила ее пальцы и тихо сказала:

— Лизок, ты знаешь, я всегда за тебя. И если тебе понадобится помощь, ты можешь на меня рассчитывать. И если тебе нужно будет что-то рассказать, я всегда готова тебя выслушать.

— Конечно, я знаю, — ответила Лиза, сжимая ладонь сестры. — Что ты…

— Никогда ты ничего не скрывала от нас, — произнесла Вера с беспокойством.

 — А сейчас странное что-то творится. Мама говорит — она взрослая, оставь, сама разберется, если не хочет, не надо заставлять. Я понимаю, она права, но… Лизок. Чтобы у тебя там с этим Денисом не случилось — он чужой человек, он нам никто. А мы — родные. Мы есть друг у друга. Пожалуйста, не закрывайся от нас. И возвращайся скорее. Мы скучаем.

— Я тоже скучаю, — Лиза шмыгнула носом. — Не обижайся на меня, Вер, что не рассказываю.

Слишком личное…

— Да, — усмехнулась сестра. — Дожили, повзрослела ты, появилось "слишком личное". А раньше все только общественное было. Ну ладно…

В этот момент открылась дверь и в комнату вернулась мама. На лице ее была улыбка, и глаза смеялись.

— А где Маришка? — спросила Вера удивленно.

— Занята, — мама развела руками. — Они там с Володей в гостиной скелет собирают.

Вера и Лиза от удивления открыли рты.

— Скелет человека в натуральную величину. И Володя ей рассказывает про каждую косточку, а она слушает.

Очень внимательно. Я зашла, так Маришка посмотрела на меня хмуро и сказала: "Бабушка, не мешай, мы заняты".

Несколько секунд полнейшего молчания — и веселый Верин голос:

— Обалдеть. Все, он меня покорил. Лизок… ты просто обязана выйти за него замуж.

Лиза, конечно, смеялась вместе с мамой, но все равно покраснела, и сердце забилось часто-часто.

Если бы Вера знала. Она бы поняла — никогда в жизни Володя не женится на такой девушке, как Лиза.

Это все равно что жениться на собачке, которую просто жалко.

Девушка, на которой он женится, должна Володю восхищать, а Лиза… Какое уж тут восхищение…

За стол они сели только через час, когда в комнату прибежала довольная Маришка и сообщила, что Володя зовет всех на чай. Она сияла, как начищенный самовар, и Вера стала смотреть на Володю с большей благосклонностью. Он тоже улыбался ей, и Лизе вдруг стало тошно от приступа ревности.