Ослепительный оскал

– Все, что вы мне скажете, останется между нами.

Его яркие черные глаза исследовали мое лицо, двигаясь по нему медленно, как жуки.

– Почему же вы интересуетесь Чарли, раз уж вы заговорили об этом?

– Меня наняла компаньонка миссис Синглентон.

– Сильвия Трин? Она прелестное дитя, очень любит Чарльза, как мне кажется. Но я не понимаю...

– Она знает о блондинке?

– Да, я ей сказал. Я решил, что так будет лучше для него. Ни при каких обстоятельствах Чарльз не женился бы на Сильвии. Он не из породы мужей. Но я не сказал Сильвии, как долго тянулась эта история.

– Она говорила, что это произошло в последнее лето.

– Я оставил ее в этом заблуждении. На самом деле эта история длится уже лет семь-восемь. Чарльз представил ее мне в тот год, когда стал служить в воздушном флоте. Ее звали Бесс, фамилии я не знаю. Она была очень юная и совершенно восхитительная. Удивительные краски. Превосходна во всех отношениях, пока не открывала рот... Но я что-то разболтался. Однако он продолжал:

– У Чарльза всегда были пролетарские наклонности.

То ли из-за этого, то ли вопреки этому, но любовь их была неподдельной. Дети были без ума друг от друга. Хотя мне не следовало бы говорить «дети». Она была не ребенок. Насколько я понимаю, она была уже замужем, и это устраивало Чарльза вдвойне.

Он задумчиво добавил:

– Возможно, ему следовало бы на ней жениться.

– Думаете, она его застрелила?

– У меня нет причин для такого предположения. Конечно, это возможно.

Семь лет – достаточный срок для молодой дамы, которая ждет, пока парень решится.

– Она была здесь в ночь исчезновения?

– Этого я не знаю. Свет в домике я видел, а ее не видел уже несколько недель. У меня создалось впечатление, что летом они приезжали сюда очень часто, почти каждый субботний вечер.

Он прислонился к опечатанной двери и некоторое время размышлял, скрестив руки на груди.

– Их наезды сюда были не регулярными. Это я знаю. Впервые Бесс появилась летом 1943 года, именно тогда я с ней и познакомился. Мне захотелось ее написать.

Чарльз оказался чрезмерным собственником, и больше не приглашал меня, когда она приезжала. После того лета я не видел ее до 1945 года, когда Чарльз демобилизовался. В последующие два-три года я довольно часто видел ее на расстоянии. Потом Чарльз вернулся в Гарвард осенью сорок восьмого, чтобы изучать юриспруденцию, и я не видел его вплоть до этой весны. Вполне возможно, что она уезжала туда вместе с ним. Я никогда не спрашивал его о ней.