— Каждое слово дается мне с трудом — тяжеловато сохранять невозмутимый вид, когда готов придушить старого шакала голыми руками.
И как только его Земля выносит?
— Удивлен, что в вашей семье так легкомысленно относятся к традициям. Может быть, поэтому я все не могу дождаться наследника?
Ага, а еще потому, что меня воротит от твоей дочери, которая показала себя во всей красе.
Когда мы с Зарой поженились, я и подумать не мог, что вопрос о детях встанет так остро. У нас толком и не было, а если и было… Черт, да я закрывал глаза и видел лишь лицо Полины.
Я врал не только дочери Тагира, я врал самому себе. Этот брак — он тоже был фарсом, игрой, и я собирался использовать его наряду с другими своими козырями. Как? Другой вопрос.
Никто не знал и не знает о моих планах. Я хоть и доверяю своему другу, но не стал рисковать его доверием и его будущим.
Я даже не уверен в исходе этой игры, но одно знаю точно — если утону, потащу на дно и самого Тагира вместе с его хваленой репутацией и семьей.
Чтобы не свихнуться, я сконцентрировался на делах бизнеса.
А потом… череда событий, которые, как ни странно, сделали меня крепче.
Сначала я загремел в больницу после аварии — удар был несильным, но открылось внутреннее кровотечение. Ушло несколько месяцев реабилитации, и я еще никогда не чувствовал себя таким немощным — как физически, так и морально.
Вот только это помогло мне пройти проверку на вшивость у Тагира. Я ехал забирать подставные документы у знакомого юриста и, оказывается, за мной была слежка.
Об этом я узнал только, когда увидел записи с камеры своего видеорегистратора. Они-то и вызвали мне скорую, видимо, получив отмашку от своего босса.
Потом чертова грыжа, и вердикт врачей — бесплодие. Звучит ужасно, но сама судьба помогала мне. У меня не было никакого желания иметь что-то общее с семьей Тагира, особенно детей…
— Осман Дамирович, вас ожидают инвесторы.
Тома очень вовремя и спасает меня от ответа Тагиру, однако тот явно не торопится покидать мой кабинет.
— Хотите присутствовать на деловой встрече?
— Нет, я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня.
А вот это мне совсем не нравится, потому что не сулит ничего хорошего.
— И что же вам нужно?
— Не мне. Моему брату.
И почему я не удивлен?
Тагир решил идти ва-банк, поняв, что самовольно мы с Ками не сдадимся.
— Он очень уважаемый человек, трудился столько лет в поте лица, — ага, точнее, обкрадывал чужой бизнес, — но ему нужен крепкий тыл, ему нужно будущее.
