От разведчиков Кристиан узнал, что армия, поджидающая на противоположной стороне, всё ещё недостаточно многочисленная для мощного удара по нашим границам, но это не значит, что Даниил не рискнёт. А если его план убить нас, то из-за Морока это возможно с трудом, но с этим его армия точно справится.
К счастью, Анна чётко следует всем приказам, не жалуется, держит голову с накинутым капюшоном опущенной и двигается среди Теней позади. Она, конечно, слишком маленькая на фоне натренированных мужчин, но они легко могут её собой загородить от лишних глаз при необходимости.
Морок уже отдал приказ, что при непредвиденных обстоятельствах первая их забота – это Анна. Я и он будем сами за себя."
"Я кошусь на Аарона, который, надвинув маску на лицо, иногда подгоняет Сахарка, чтобы тот двигался рядом с моей Вьюгой. За спиной у него висит меч Морока, а золотые части маски сверкают каждый раз, как ловят яркие солнечные лучи сквозь ветви деревьев. Я единственная разрушаю цветовую гармонию, моя мантия выглядит неестественно ярким пятном на фоне снега и зелени хвои.
И даже когда мы входим в части леса, где снег подтаял, открывая коричнево-охристое покрывало из опавших иголок, я всё равно выгляжу чужой.
– Это правда, что этим мечом ты всех отправляешь в Тень? – тихо спрашиваю я, пытаясь разбавить скуку и мысли о предстоящей встрече.
– И да, и нет. Этот меч режет нити жизни. Обычно, чтобы их разрезать, сперва нужно увидеть и вытащить, но с этим мечом мне это не нужно. Достаточно отрубить твари голову.
Что касается отправки в Тень, то мне нужно захотеть, сделать это намеренно.
– Ты часто это делал?
– Нет, лишь несколько раз. Тень… это не обычная тюрьма, в которую мы отправляем всех, кто нам не нравится, иначе там бы уже места не было, – мрачно хмыкает Морок. – Тень для испорченных душ, тех, что из одной жизни в другую, вместо того чтобы становиться лучше, тянут погибель, гниль и жадность. Продолжают творить зло. Когда мы встречаем таких и уверены, что надежды для них больше нет, то отправляем в Тень.
– Те, кого ты отправил… это были люди?
– Нет. Точнее, были когда-то, но один после смерти превратился в беса. Вторая была болотной кикиморой. Она притворялась доброй старухой и при помощи иллюзии красивой песни заманивала детей в болота.
– Топила?
– Ела.
Я содрогаюсь от отвращения, радуясь, что Аарон отправил её на вечные муки.
– Расскажи мне о своём обучении, – вновь прошу я.
– В целом наше с тобой обучение в чём-то схоже.
