– Я люблю Александра, но это не отменяет его отвратительного характера. Самое раздражающее, что у него прекрасные манеры, он отлично танцует и потрясающе эрудирован.
Уже на первой фразе я застываю, слыша её откровенное признание, а когда она перечисляет остальной список его достоинств, недоверчиво фыркаю и сажусь за стол перед стопкой книг.
– Но, как мне кажется, ему нравится быть Аароном куда больше, чем Александром, – Анна тоже садится и берёт верхнюю книгу.
– А чем Аарон отличается от Александра? – спрашиваю я.
"
"– Александр – принц Серата, со всем блеском высокомерия и чувством ответственности, что к этому прилагается. Аарон… – она мешкает, быстро листая страницы в поисках нужной части, – …он ироничен, хитёр и временами даже жесток. Будучи Мороком, он чувствует себя свободнее и заботится только о тех, кто ему дорог, а всех остальных готов без раздумий отправить на тот свет. Если присмотришься, то у него даже поведение меняется в зависимости от того, чью роль он принимает.
Возможно, поэтому Даниил так долго не мог его ни в чём заподозрить. Хотя в последнее время Александр стал странным. Хуже всего то, что о себе он не думает вовсе, потому что разочарован… Ах, вот оно!
Сестра так резко переводит тему, что я вздрагиваю, когда она кидает раскрытую книгу передо мной. Кажется, она ненавидит все эти собранные фолианты, ничуть не меньше, чем портрет Ариана. Не знаю, что такого Анна там прочитала, что уже как три года продолжает раздражаться при одном только взгляде на эти страницы.
Я наклоняюсь к книге, невольно вдыхаю запах старой бумаги.
– И что я должна здесь найти?
– Читай, – сестра кладёт мне вторую книгу, тоже раскрытую, и копается в третьей.
В первой книге я нахожу описание каждого члена семьи Ласнецовых. Это что-то вроде летописного семейного древа, где перечисляют дату рождения, рост, вес, цвет волос и глаз, какие-то отличительные черты и дату смерти. На раскрытой странице я нахожу Ариана, где чётко сказано, что его волосы с детства были тёмного, почти чёрного цвета и только на солнце могли отливать коричневым.
Голубые глаза ему достались от отца, хотя это было настоящей неожиданностью, потому что мать – кареглазая. Я читаю про его родителей, узнаю, что те тоже были темноволосыми. Анна намекает, что если портрет Северин и Александр могли подменить, чтобы сбить её с толку, то эти записи достаточно старые и подделать их уже не так просто.
