Особенности содержания небожителей

Ну и хорошо.

Короче говоря, матушке карты в руки. Пускай с тетей Цин сама разговаривает и ведет ядовитую дипломатию, у нее это всегда лучше получалось. Главное, что теперь эта дама, наконец, уедет к себе домой, займется подготовкой к свадьбе и забудет о нас на месяц-другой. Чем не счастье? 

После завершения торжеств я была едва живая. До дома тащилась нога за ногу, жалея о свадебном паланкине — вот когда пригодился бы, а вовсе не в первый день. 

— Слушай, а что там глава Чоу сказал про проблемы нашего охранника? Надо бы его продиагности… — мы как раз поднялись на крыльцо, и я машинально произнесла это вслух.

Но досказать не успела.

— Нет! — панически выкрикнул Юншен, глядя на меня дикими глазами. 

— Я не глухая, — недовольно заявила жена, для наглядности коснувшись пальцем уха и поморщившись. — Зачем так орать? Подозреваю, что Тайин наговорила родне ерунды и сказок про то, что мы волшебные спасители всех и вся. И теперь нам по очереди будут подсовывать всех убогих и больных членов семейства в надежде, что мы опять сотворим чудо.

А пока не сотворили, убогие за нами присмотрят. Поэтому имеет смысл решить проблему быстрее.

— Ты точно не будешь решать проблему бесплодия этого змея, — почти прошипел я, задвигая двери и накидывая щеколду. — Во всяком случае твоими методами. 

— Почему? — не поняла она. Издевается?! Или правда настолько… настолько… 

— Ты замужняя благородная женщина! — Ноги от усталости подкашивались, и я почти без сил опустился на подушку возле чайного столика. 

— И что? Это не значит, что я не могу заниматься своими прямыми обязанностями как лекарь, — начала сердиться лиса.

Что, впрочем, не помешало ей заметить мое состояние и начать действовать с привычной быстротой и уверенностью. Такое впечатление, словно она занимается лекарским делом не пару смен сезонов, как шептались слуги, а гораздо дольше. — В конце концов, тебя я лечила, и ничего, благородство мое от этого не уменьшилось.

— Вот именно! — окончательно потерял терпение я. Даже чашка укрепляющего отвара, подставленная лисой и, как всегда, одарившая меня невыразимой горечью во рту, не изменила решимости вернуть лисий разум в правильное русло.

— Ты меня лечила… и чем это в конце концов обернулось?!

— О. А… ну да, — согласилась Янли, оглядывая меня со странным выражением лица и в то же время аккуратно вынимая заколку из моих волос. Прохладные пальцы скользнули к вискам, легко массируя нужные точки и унимая головокружение. — Кончилось это плохо, ты прав.