Кажется, я понимаю, почему Зейд любит свою страну.
– Невероятно… – прошептала едва слышно.
– Я иногда приезжаю сюда. – Зейд подъехал так близко, что наши лошади мигом начали обнюхивать друг другу морды и фыркать. – Особенно если день был тяжелый. Но буквально за полчаса силы восстанавливаются, и я понимаю, что за Игенборг стоит сражаться. Что я не зря прошел такой длинный путь к престолу.
– В Игенборге престол не получают по праву наследования?
– Первым на очереди к престолу обычно мальчик-первенец законной жены.
Но есть нюанс в виде благословения Предка.
Зейд бросил на меня быстрый взгляд, который ожег даже через корфу, и продолжил:
– Предок аханы в знак своей милости и благодарности за спасение наделил тогда моего Предка особым символом – Знаком, дарующим долгожительство и некоторые способности.
– Знак не обязательно появляется на первенце? – догадалась я.
– Именно, – кивнул Зейд. – Принято считать, что таким образом нам указывают на истинного правителя Игенборга.
– А распри…
– Вы смотрите в точку, айна, – вздохнул Зейд.
– Представляете, как обидно первенцу, если Знак появляется у того, кто едва ли не последний в очереди к трону? Особенно если первенец силен, красив и считается лучшим воином Игенборга.
Я сглотнула. Что-то мне подсказывало, что Зейд не был первенцем. Слишком у него ровный голос. Но спрашивать напрямую показалось верхом неприличия. Ага, у акифа в лоб поинтересоваться: «А вы каким на очереди к трону были?» Верх дипломатии, Рин!
– Айна, я знаю, о чем вы думаете.
Мы стояли, чуть сойдя с тропы, и смотрели на море вейгеллы. Оно продолжало колыхаться и притягивать к себе.
– Знак позволяет читать мысли? – полушутя спросила я, хотя напряглась. Не надо мне телепата под боком, мало ли о чем я могу подумать. Например, о том, как плотно охватывает темная ткань костюма широкие плечи акифа. Такие широкие, что, кажется, он может спокойно держать на них целый мир…
Да-да, именно такие мысли мне сейчас больше всего нужны!
– Не читаю, – успокоил меня Зейд.
– Просто от вас так и веет любопытством. Видите ли, айна Риналлия, я первенец, но при этом и не являюсь им.
Я постаралась не измениться в лице. Потом осторожно поинтересовалась:
– А это как? Ведь по логике ты или первенец, или нет.
– Иногда с правителями логика принимает несколько изощренные формы. Видите ли, я родился вне брака.
Вот что-то мне не по себе от его откровенности… Но и прервать акифа я не могла.
