Потому на легкие шаги неподалеку я отреагировала достаточно мирно: просто положила руку на рукоять меча, одновременно поворачиваясь к незваному гостю.
Вот же ж нарры!
Подлецу все к лицу.
Это я про лорда дипломата, чтобы ему пусто было, Иррилия. Который остановился неподалеку, встав прямо на всплеск лунного света, отчего тот заскользил по его коже, волосам, заиграл в глазах серебряными искрами.
Нарры!
Он выглядел как прекрасный принц из сказок, что читали мои сводные сестрички. Я как-то заглянула в них, но потом у меня отобрали книгу, ударили.
В итоге началась драка, в которой виновата оказалась я.
То есть, как понимаете, после этого прекрасных принцев я не слишком любила.
Но Иррилий сейчас завораживал. Точно в землях эльфов его природное притяжение выросло в десятки раз. Хорошо еще, мое самообладание помогло не скользить жадным взглядом по рубашке с расстегнутым воротом, по узким бедрам, по выразительному лицу, вокруг которого рассыпались золотые пряди.
— Вам чего? — буркнула не слишком вежливо.
Я воин, у нас с тактичностью не очень.
Только тактика.
— У вас удивительный голос.
— Еще у озера оценили? — намекнула я на то, как он и солдаты подглядывали за мной."
"— Да, — не смутился дипломат, — у вас необычный тембр. До этого я очень похожий слышал лишь один раз…
Сердце вдруг сжалось.
— Родители отвели меня послушать удивительную певицу. Она приезжала сюда, в Аластэйр. Мне тогда было лет четырнадцать. До сих пор помню необычайно сильный и нежный голос. И песни. А еще она очень была похожа на вас.
Извините, Арджана, но таких совпадений не бывает.
Внутри разлилось тепло пополам с той горечью, что я очень тщательно прятала.
— Да, отец говорил, что я очень похожа на нее.
Странно. Видимо, атмосфера вокруг все же чересчур меня расслабила. То, что я не рассказывала даже Ильсире, вдруг выдала какому-то эльфу. Эффект попутчика? Или тепло в его голосе?
— Так Кейли Ниамх ваша родственница?
Тупая боль в груди стала чуть сильнее. С трудом удержалась, чтобы не потереть там.
— Моя мама, лорд Иррилий.
Вы это хотели услышать? Предчувствуя шквал вопросов, посмотрела в синие глаза, где сейчас блестели серебряные искры, и отчеканила:
— Да, отец говорит, что я очень похожа на нее. Да, она ушла со сцены, потому что встретила его и забеременела мной. И да, она умерла во время родов. Потому что я — наполовину орчанка. Не смогла выносить меня!
Дыхание перехватило. К счастью, потому что я ненавидела плакать, особенно по тем событиям, которые не вернуть.
