«Порой дипломату приходится принимать тяжелые решения, — прозвучал в голове голос одного из моих преподавателей. — Нам приходится ловко лавировать между обычаями чужих стран и своей родиной. Но помните! Ваша задача — сделать все, чтобы довольными остались обе стороны».
Остановился посреди круглого роскошного холла, потер лоб. Стража вокруг напоминала статуи, разрисованные яркими красками. Что делать?
Что, нарры вас подери, делать?!
Акиф вряд ли оскорбился, он прекрасно понимает мое состояние. И будет терпеливо ждать, зная, как важен императору этот договор и что у меня нет выбора.
— Не дождешься! — прошипел я, понимая, что кулаки сжимаются сами собой.
Да одна мысль, что Арджана и он…
Даже мысли об измене Дэрин не приводили меня в такое бешенство. Там была скорее обида, непонимание, а ревность прошла лишь задним планом.
С Арджаной все оказалось иначе. Я не готов был воспринять даже саму мысль о том, что она сможет остаться наедине с другим.
— Иррилий! Лорд!
Адарант возник передо мной, преисполненный возмущения.
Даже борода чуть подрагивала, показывая, что ее обладатель то ли паникует, то ли злится.
— Вы понимаете, что ставите все под угрозу?! И ради чего?!
— Я ничего не ставлю под угрозу, лорд Адарант. Но такой обмен невозможен.
— По их традиции вполне возможен.
— Согласно их традиции обмен уже произошел, — процедил я. — Акиф получил подарок. Не моя вина, что он отдал Тильду советнику.
— Но он явно дает понять, что не подпишет договор, пока мы не удовлетворим его требование.
Я посмотрел на Адаранта.
И мягко поинтересовался:
— А свою жену вы бы отдали? Прогнулись бы? Работа дипломата не в том, чтобы угодить лишь одной стороне. Не в том, чтобы рабски угождать всем прихотям. Есть вещи, которые чужды моему народу.
Маг на миг поперхнулся, лицо чуть вытянулось, но почти сразу он взял себя в руки. И проговорил торжественно и напыщенно. Тем тоном, что я ненавижу.
— Если от этого зависит процветание и судьба империи Асдор, то да! Одна ночь ничего не значит.
Мне захотелось почему-то сейчас превратиться в орка, избить всех вокруг и покрыть трехэтажными выражениями.
Может быть, такое помогло бы притушить пожар в груди.
— Я связываюсь с императором, — ответил Адаранту, отворачиваясь от него и доставая кристалл связи. — Арджана не товар, и торговать ею я не собираюсь. В дипломатической этике говорится…
Что-то мягко ударило по голове. Перед глазами все поплыло, я успел почувствовать, как делаю два неверных шага и заваливаюсь на спину.
