Особый талант

Рост под два метра, весь — от горла до пояса — в наколках и черных волосах. Бабы его без памяти любили. Большой был специалист по замкам. А как песни пел! Со своей бригадой кочевал по городам Союза. За неделю-другую умудрялись обчистить до десятка квартир. Пока их в одном городе ищут, они уже в другом, за пятьсот километров. Сорвался с крыши, когда уходил от вневедомственной охраны, после того как нарвался на квартиру с сигнализацией. Наводчица лопухнулась. Гошу хоронили в Тбилиси. Много людей приехало, красивые были похороны.

Может быть, самые красивые из всех, что Муха видел.

Еще один Миша. Дроздом кликали. Татарин из Казани. Улыбался так, что его редкие зубы видны были все до последнего. Специализировался на угоне машин. На зоне соорудил самогонный аппарат. Полгода не могли найти. А искали люто. Как раз была горбачевская перестройка, и с пойлом боролись повсеместно. Потом — слух такой был — кум поставил аппаратик у себя дома. До сих пор, поди, стоит. А Дрозда застрелили свои же — два года назад на разборе под Жигулями… То есть под Тольятти, где эти машины делают.

Чего-то там не поделили из-за машин.

Муха прислушался к собственным ощущениям. Грудь, кажется, отпустило. Да и кашель пропал. Надо бы в баньку сходить, попариться. В настоящую, русскую. С веничком, с эвкалиптовыми каплями. После бани у него по неделе — по две не было изматывающего, взахлеб, кашля и грудь не ломило.

Нет, водки надо выпить. Какие-то дурацкие воспоминания пошли. Все о смерти. Хотя кто-то сказал, что удел живых — вспоминать мертвых.

Это точно. Вон, кого ни возьми, все вспоминают то Сталина, то царя Николашку, то Христа, который хоть духовно и жив, но телом-то умер. Или что-то там говорили, будто тело его не нашли? Этого Муха не помнил.

Крепился и не пил он потому, что ждал своих пацанов. Ну пусть не совсем своих — их Мамай дал, но сейчас они под ним и пашут на него.

Он встал, подошел к холодильнику, достал початую бутылку водки и плеснул в рюмку. Постоял, взвешивая ее в руке, шумно выдохнул и выпил одним большим глотком.

Закрыл глаза и прислушался к ощущениям. Раза четыре его прихватывала язва, и он до сих пор со страхом ожидал возвращения боли. Кто-то когда-то сказал ему, что как раз от водки-то язва и бывает. Врачи вроде по-другому говорят, но страх остался.

С неделю назад к нему приехал старый его знакомец Руслан. Богатый, на «мерседесе» прикатил. Лет шесть назад они соседствовали на койках в лагере. Друзьями-приятелями не были. У того свои земляки, у Мухи свои.