Особый талант

И интересы разные. Но и не враждовали, хотя чеченов на зонах и не любят. Заносчивые, злые, чуть что — сразу за ножи хватаются. Слова им не скажи, хотя в тех местах со словами вообще строго. Руслан попроще других был, а может, просто поумней. Не торопился врагов размножать. Приехал хорошо, достойно. Шестерок своих с собой не потащил, внизу оставил. Один только помог ему поднять сумку с угощением. Тяжелая сумка, вдвоем не съесть. Сидели долго, часов пять. Повспоминали старое, покачали головами. Потом Руслан сказал, делая скорбное лицо:

— Горе у меня.

— На войне, что ли? — без особого интереса спросил Муха. Ему все эти чеченские дела не нравились. Ну надумали бунтовать — получите. А что хотели? И так денег столько наворовали, что карманы лопаются. Бедные-несчастные, а как ни посмотришь — все дома у них каменные и в каждом по машине стоит, а то и не по одной. Беженцы — Муха по телевизору видел — большинство в коже. Даже старухи в кожаных куртках. Поди-ка русаков из деревни выгони! В польтах чумовой расцветки, которые еще при колхозном строе куплены, да в куртенках болоньевых.

— Какая война, Вась? Наш тейп мирный, мы не воюем. Тут убили. Его племянника убили, дядю его младшего. Много наших. Прямо в самолете.

Муха насторожился. Газет он не читал, но по телевизору про это дело много трендели. Он даже позавидовал тем фартовым парням — хорошо дело провернули. Лихо. На такое не только решиться надо. Одна придумка чего стоит! И как только они умудрились на самолет столько оружия пронести?

— A-а, слышал что-то.

— Убили, брат, убили! Такое горе! Родители плачут. Отец на кинжале поклялся, что найдет убийц. За что — главное? Ты мне можешь сказать? Я не понимаю. Это же беспредел.

— Сочувствую, Руслан. Давай за упокой их души.

— Давай выпьем. Давай. Ты знаешь, я с тобой — как с братом. Я про тебя дома рассказывал. Когда хочешь приезжай — тебя встретят как дорогого гостя.

Муха выпил и ел богатые закуски. Ему было хорошо. И не только от выпитого. Вот пришел к нему человек. С уважением пришел. Поделился своим горем. Верить этим красивым и длинным словам… Нет, он не очень верил. Гость, брат… Какие они братья? Для них семья главное. За своих они горло перегрызут. И самым натуральным способом — просто вцепятся зубами в глотку и не отстанут, пока дух не испустишь. Хотя и таких тоже обламывали.