Особый талант

Из своего опыта и по рассказам других он знал, что воевать лучше после того, как покуришь.

Из Москвы они с дядей выехали засветло. Автомат он хитро спрятал под «торпедой» «жигулей», так что найти его было сложно. К счастью, их никто не остановил и не проверил. Леча с интересом смотрел на поселки, мимо которых они проезжали. В одних было много богатых кирпичных домов, а в других — в основном деревянные домишки в один этаж с сараями и будками туалетов на задворках и крашеными срубами колодцев около дороги.

Наконец они миновали очередной пост милиции, около которого стояли «жигули» характерной раскраски, и свернули в сторону.

Проехав с километр, Атаби остановил машину и достал автомат из тайника.

— Держи, — сказал он. — Все помнишь?

— Молодец. Я проеду вперед и буду тебя ждать на дороге. Через час. Давай, переодевайся.

Леча скинул кроссовки и вместо них надел неудобные сапоги, поверх теплых брюк, не нуждающихся в глажке, — старые спортивные штаны с молниями по бокам, так что надевать их можно было не разуваясь.

Кожаную куртку пришлось сменить на неуклюжее полупальто размера на два больше, чем нужно, под которым легко прятался автомат. А вместо удобной вязаной шапочки Атаби нахлобучил ему на голову нечто бесформенное и вонючее.

— Подойдет. Теперь ты похож на местного бомжа. Тут неподалеку помойка, и они роются. Иногда ходят по домам — побираться. Готов? Это тебе на всякий случай, — дядя протянул ему гранату. Племянник сунул ее в карман. — Теперь иди. Аллах с нами.

Леча вылез из машины и двинулся в лес, проваливаясь в снегу.

Почти сразу невзрачные «жигули» тронулись с места, и через минуту их габаритные огни скрылись за деревьями. Леча прислонился к сосне и привычно набил мундштук из-под выпотрошенной папиросы. Глубоко затягиваясь, покурил и бросил окурок в снег. Напряжение, сковывающее плечи и напрягающее скулы, прошло, а в голове появился приятный туман. Он двинулся вперед, рукой отводя низкие ветви.

Было уже темно, но облака отражались в белом снегу, и этого было достаточно, чтобы разглядеть все в радиусе метров десяти-пятнадцати.

Идти было тяжело. Сапоги погружались в снег почти по обрез голенищ. В своих кроссовках он уже давно бы промок. Вскоре он увидел тропинку, о которой говорил дядя. По ней жители поселка ходили, срезая Дорогу, к автобусной остановке. Идти стало легче, и он ускорил шаг.

Через несколько минут он увидел светившиеся окна домов. Тут надо быть внимательнее — в некоторых дворах есть собаки.