Особый талант

И хотя он не требовал ежеминутной суеты как, например, розничная торговля, он не прекращался ни на мгновение. Нефть добывалась из скважин, обрабатывалась, текла по трубам, с одного счета на другой переводились деньги, меняя страны и хозяев, сотни и тысячи людей круглосуточно занимались обслуживанием этого процесса. Какой-то сбой в отлаженной системе мог произойти в любой момент. И такие сбои происходили. Но чтобы ФСБ…

Успокаивало то, что его не вызвали, а попросили назначить время.

Похоже, ситуация не так страшна. Но в этом случае посетитель или посетители оказывались ближе к документам, к бухгалтерии. И неизвестно еще, не будет ли у них во внутреннем кармане пиджака постановления на обыск. Поэтому Большаков дал команду, и весь его небольшой коллектив большую часть дня подчищал документы — что можно показать, а что не стоит, уничтожались черновики и сомнительная переписка. Бухгалтер даже на обед не пошла, успев только чаю выпить прямо на рабочем месте.

Царившая в офисе суета почти не касалась его кабинета. За это время он съездил на встречу в министерство топлива и энергетики, оказавшуюся пустой тратой времени, несколько раз поговорил по телефону и думал, чем мог быть вызван такой визит. Ему даже вспомнились грешки трехлетней давности, о которых он, казалось, совсем забыл. Но все это больше должно было интересовать таможенников или налоговиков, но уж никак не ФСБ.

Лично проинструктировал охранника, чтобы тот внимательно проверил документы гостя, бывшего своего коллеги.

И на всякий случай заказал себе билет на ночной рейс в Цюрих — мало ли как повернется разговор. Может, будет лучше какое-то время отсидеться за границей, тем более что отлаженный бизнес не требовал его непосредственного участия.

Фээсбэшник явился точно, минута в минуту. Посмотрев на электронные часы на столе, Большаков едва сдержал улыбку. Наверное, стоял бедолага где-нибудь за углом и высчитывал секунды, чтобы произвести впечатление.

Произвел. Молодец.

Он поднялся навстречу посетителю и с замедленной барственностью протянул ему руку для приветствия, так что на какие-то мгновения рука относительно молодого, лет тридцати с небольшим, гостя повисла в воздухе. Эта крохотная пауза должна была сразу показать, кто здесь хозяин, кто владеет ситуацией, а кто просто так, суетится.