Опрокинула Костю на спину, горячо поцеловала, и пока он не успел опомниться и потребовать продолжения, с постели встала. Шохин только руками развёл, наблюдая за ней.
— В чём дело? Ты куда?
— Домой, — бодро отозвалась она. По крайней мере понадеялась, что прозвучало бодро, без намёка на просьбу. Оправдываться как-то не хотелось. Но Костя всё же в недоумении переспросил:
— Домой? Сейчас?
Нина огляделась, поняла, что ни клочка её одежды в спальне нет, и с досады сплюнуть захотелось. Застыла перед ним, борясь с желанием стянуть с кровати всё то же покрывало и завернуться в него.
Вместо этого вернулась, присела на край и к Косте потянулась. Поцеловала, на этот раз в надежде быть понятой.
— Мне, правда, нужно. Не обидишься?
— У тебя папа приехал? — догадался тот.
Нина улыбнулась.
— Почти.
Они глазами встретились, Нина выдержала пытливый взгляд, виновато улыбнулась. Подумала о том, что, возможно, сейчас всё портит.
— Я надеялся, что ты мне завтрак приготовишь.
— Серьёзно?
Шохин хмыкнул, уловив намёк.
После чего сел, запустил пальцы в её волосы, взъерошил их, Нину разглядывал, а потом пощекотал её под подбородком.
— Останься ещё на полчаса, и я вызову тебе машину. Идёт?
Она снова посмотрела на часы, ничего не могла с собой поделать. После чего кивнула.
— Идёт.
Костя не улыбнулся, ничем не дал понять, что доволен её уступкой, зато откинул одеяло, приглашая Нину вернуться к нему. А она вместо того, чтобы поцеловать его в губы, устремилась вниз по его телу. Нужно было оказаться дома хотя бы к трём…
За столом царило оживление, даже мужчины этим вечером не были настроены на деловые разговоры, шутили и пили больше обычного, по крайней мере, некоторые.
Например, Шохин.
Нина украдкой посматривала на него: он сегодня выглядел оживлённым, с утра был в настроении, а оттого казался ей непривычным. Обычно Костя был погружён в свои мысли, решал какие-то проблемы, свои и чужие, раздражался на кого-то неведомого, а сегодня, по всей видимости, решил устроить себе выходной.
И уже пару раз отклонил телефонные вызовы, чем поверг в шок всех присутствующих за столом. А те, между прочим, знали его куда дольше, чем Нина, и на их реакцию можно было положиться. Шутили, что это она на него так положительно влияет, и Нина не спорила, загадочно улыбалась, и, кажется, смешила Костю своей уверенностью. Или скорее самоуверенностью. Шохин время от времени останавливал на ней свой взгляд, и с каждым разом он казался Нине всё более пристальным.
