Нина улыбнулась, выпила залпом половину стакана минеральной воды и вздрогнула, когда Гриша выдал Костиным голосом:
— Чего молчишь?
Нина секунду собиралась с мыслями, а потом решила впервые с попугаем поговорить, хотя это казалось немного глупым.
— Твой хозяин, Гриша, лишил меня последних сил. Поэтому молчу.
Гриша склонил на бок хохлатую голову, уставился на нее испытывающе глазками-бусинками, после чего с чувством превосходства произнес любимую фразу: — «Спартак» — чемпион!
Нина рассмеялась.
— Это точно.
В комнату вернулась со стаканом воды для Кости. Поставила на стол, с улыбкой разглядывая Шохина, с какой вальяжностью он развалился в своем кресле, вытянув ноги и сложив руки на животе. Хоть и говорил, что еще способен на многое, но на самом деле выглядел уставшим.
— Попей.
Он лениво потянулся за стаканом, а Нина подошла, и, пользуясь тем, что он в добродушном расположении духа, наклонилась к нему и поцеловала в щеку."
"— Мне пора. Позвонишь мне завтра?
— Позвоню. Машина ждет внизу.
— Правда?
— Я уже начинаю свыкаться с мыслью, что ты беглянка. Слушай, а может, ты просто во сне пинаешься?
— Нет. — Нина улыбнулась, стараясь перевести все в шутку. — Просто боюсь тебе надоесть.
— Ага, — вяло отозвался Костя и глаза закрыл.
Через несколько минут она вышла из спальни, переодевшись в любимые джинсы и приведя себя в порядок. Шохин так и сидел в кресле, с закрытыми глазами, Нина подошла к нему и еще раз поцеловала.
— Я буду ждать твоего звонка, сообщи, если уедешь.
И ложись спать, Кость, слышишь?
Он кивнул. Нина отступила, но он успел схватить ее за руку, и ей пришлось вернуться, встретила его пытливый взгляд.
— Все было здорово, — негромко проговорила она. — Буду ждать твоего возвращения.
Его пальцы разжались, и он ее отпустил. Проводил взглядом до дверей, слышал, как она сказала:
— Гриша, пока.
Попугай высказал в ответ нечто замысловатое и неразборчивое, а Костя дождался, когда хлопнет, закрываясь, входная дверь, и тогда уже поднялся и направился в спальню.
На постели было аккуратно разложено испорченное платье и порванные трусики. Шохин усмехнулся, сгреб все это в охапку и головой покачал.
— Зараза, — вырвалось у него со смешком.
Счет ему выставляет!
Нина уже минут десять крутилась перед зеркалом в зале магазина женской одежды, не в состоянии решить, какое платье из трех ей больше идет. Шли все, и все три были не похожи одно на другое, оттого выбор был столь сложен.
