Проще было бы оставить всё, как есть, но события этого вечера вывели Нину из себя. Последние слова мужа о том, что он подаст на неё в суд, видимо, с намерением отобрать ребёнка, не просто разозлили, они взбесили, они растревожили природные инстинкты защищать и оберегать потомство, а ещё напугали. Что уж тут скрывать — напугали, она всего лишь женщина.
— Что он тебе сказал? — Грета лишь презрительно фыркнула в трубку. — Кого он отбирать собрался, хрен с горы?"
"— Я его задушить готова, — призналась Нина, правда, энергии от этого признания нисколько не прибавилось.
Выглянула в окно, словно ещё могла увидеть мужа, такси которого отъехало от подъезда полчаса назад.
— Брось, не волнуйся. Он просто пугает тебя. Нина, ты сама подумай, что он будет сделать с ребёнком? Ему это нужно? Просто пытается отыграться.
— Очень на это надеюсь.
— Скажи Косте, — посоветовала ей Грета.
Нина поводила пальцем по подоконнику и с тоской переспросила:
— И что он, по-твоему, сделает?
— Кто знает? Это он богатый и влиятельный, а не я.
Что-нибудь да сделает.
— Ага, — отозвалась Нина.
«Что-нибудь да сделает», мысленно повторила она за Гретой после того, как закончила разговор. Что именно может сделать Шохин в такой ситуации, да и нужно ли это — вопрос достаточно сложный. Гораздо проще найти ответ на другой: нужно с Костей помириться, а для начала попробовать поговорить. Нельзя позволять Пашке вмешиваться и всё портить.
Решиться набрать его номер, было нелегко. Поначалу пыталась придумать, что ему скажет, в итоге запуталась, и пришла к выводу, что подготовка речи не слишком хорошая идея.
Шохин раскусит её тут же, у него нюх на такие вещи. Так что, лучше быть искренней. К тому же, есть риск, что он не пожелает ответить на её звонок.
Но он ответил, только голос был занятой и не особо заинтересованный.
— Поговоришь со мной или занят? — не собираясь спорить с ним и отвлекать, спросила Нина.
Костя с ответом помедлил, затем проговорил:
— Занят, если честно.
— Костя, я хотела тебе объяснить…
— Думаю, я и так обо всём догадываюсь.
— Как ты можешь догадываться о том, чего не знаешь? — тут же возмутилась она.
— Нина. — Его голос прозвучал громче, видимо, он сосредоточился на разговоре и придвинулся к телефону. — Сейчас, правда, не время. За моим столом сидит десять человек, у меня совещание.
— И почему мне кажется, что им интереснее послушать нас, а не то, как ты их распекаешь?
— Не знаю, почему тебе так кажется, — несколько язвительно проговорил он и веско добавил: — Потом.
