Кстати, те в гримерке затихли.
— Переспать с тобой — на это много ума не надо, Вадик.
— Без ума даже лучше, — заверил он. Он запустил пальцы в её волосы, сжал затылок, заставляя Нину повернуть голову. Она смотрела ему в глаза, а когда Вадик наклонился к её губам, посомневавшись секунду, на поцелуй ответила. И совсем не ожидала, что Вадик тут же навалится на неё, вдавливая в диван. Нина попыталась воспротивиться, даже кулаком его в живот пихнула.
— Ты спятил, что ли? — громким шёпотом завопила она. — Вадик!
Вместо того, чтобы отодвинуться, он схватил её руку и потянул к своей ширинке.
Нина сжала руку в кулак.
— Вадик, блин! — громче и разгневаннее воскликнула она.
Дверь гримерки открылась, появился растрёпанный Рустам, увидел их на диване, и усмехнулся.
— Смотрю, кое-кого даже диван в коридоре не смущает."
"Нина наконец спихнула Вадика с себя, прикрыла грудь рукой и попыталась отдышаться. На Изланова кинула разгневанный взгляд, когда тот на неё уставился. Хотела встать с дивана, чтобы уйти, но Вадим удержал её за руку.
А когда Нина снова села, обняла за плечи, а на приятеля глянул многозначительно. Рустам расценил его взгляд правильно, хмыкнул и вышел в зал.
— У меня такое чувство, что ты в отчаянии, — сказал ей Вадим.
Нина саркастически ухмыльнулась.
— Даже не знаю, что тебе возразить. Я с тобой целовалась по собственной воле. Наверное, на самом деле спятила.
— Да ладно. — Он погладил её по руке. Стало щекотно, и Нина дернула плечом. — Ты же знаешь, что Костя себе уже нашел новое развлечение.
Ты чем хуже?
Она отвернулась от него и сглотнула. Вадик же настырно заглядывал ей в лицо.
— Тебя это волнует, на самом деле?
— Отстань.
— Ты красивее этой блондиночки с телевидения. Тебе легче от этой мысли?
— Нет, — честно сказала она.
— И зря. — Вадик прижался губами к её шее и повторил: — Ты куда красивее.
Нина решительно поднялась.
— Мне это льстит.
Вадик хватать её за руки больше не стал, на диване развалился и на Нину поглядывал.
— Шохин всегда был умником, и сейчас заботится об имидже.
— Ты о чём?
— Ну как, иметь журналисточку в своей постели… Каламбур, да? — Он рассмеялся. — Так вот, спать с журналисткой, да ещё узнаваемой, это со всех сторон выгодно. Ему скоро детский центр сдавать, положительное мнение прессы не помешает.
— Мне всё равно, — соврала она. Столкнулась в дверях гримерки с Илоной, и одарила ту возмущённым взглядом. — Ты не нашла другого места?
Та улыбнулась вполне счастливо.
— Да ладно тебе.
