— Дашь мне интервью? — Улыбнулась совсем не по-деловому.
— Опять?
— Выскажешь своё мнение по поводу принятых решений.
— Тань, у меня своих проблем, хоть одним местом ешь, на черта мне сдались чужие? Вон зама догони да поспрашивай.
Она рассмеялась.
— Он меня на обед не пригласит после, — и шепотом сообщила: — он женат.
— Уже вызнала?
Смирнова плечиком пожала, потом переспросила:
— А ты пригласишь?
— Не знаю. Нужно позвонить моей секретарше и спросить у неё.
— Да ладно тебе, Костя. — Она даже тряхнула его за руку.
И без паузы поинтересовалась: — Куда ты вчера вечером пропал?
— Занят был. — Они вместе прошли к лифту, а когда входили в кабину, Татьяна многозначительно посмотрела на девушек, сотрудниц администрации, которые собирались последовать за ними.
— Вы не против подождать? — Заученно улыбнулась им, не сомневаясь, что её узнали. Те переглянулись в некоторой растерянности, после чего отступили, а двери стали закрываться.
Шохин усмехнулся, сунул руки в карманы брюк, чувствуя, как Таня прижимается к нему.
— В пять я буду дома, — сообщила она ему.
Он брови вздёрнул, и почти с удовольствием наблюдал за тем, как темнеют от раздражения её глаза. Схватила его за лацканы пиджака.
— Приедешь? — И тут же добавила, тоном, не терпящим возражений: — В восемь у меня эфир, Захаров в студии будет. Так что, мне нужно быть во всеоружии.
— А я должен поднять твой боевой дух? — догадался Костя.
— У тебя это получается, как ни у кого. — Она приподнялась на цыпочках и едва ощутимо прикоснулась ярко накрашенными губами к его подбородку.
В этот момент лифт, дернувшись, остановился, и Татьяна от Кости отступила, правда, с видимым сожалением. Но не преминула напомнить: — Я тебя жду, — певуче проговорила она.
Он не ответил, а выйдя из здания, они разошлись в разные стороны, к ожидавшим автомобилям.
В тот момент он был уверен, что не поедет, в голове был целый список дел, и если бы мысли об одной упрямой особе его не сбивали, Костя с головой бы ушел в работу, и к пяти часам, вряд ли, освободился, да и вообще вспомнил бы о приглашении Смирновой.
Секс урывками на чужой квартире уже давно не прельщал, но Нина не звонила, это действовало на нервы, отвлекало от будничных дел, и даже два часа на стройке, в шуме и на ветродуе, не смирили здоровую злость, которая лишь разрасталась с утра. Негатив и возбуждение нужно было куда-то сбросить, и, в итоге, он все же оказался у Смирновой, правда, не в пять, а в шесть часов вечера, за что ещё и от неё получил по мозгам.
