Останься со мной

Он пытается переварить сказанное мной, ерзает, не знает, что делать, потом как-то неуверенно и совсем без энтузиазма выдает:

— Мы можем попробовать познакомиться…"

"— Не можете, потому что у него есть отец, который тебя и на пушечный выстрел не подпустит к своему сыну, — в этом я абсолютно уверена. Барханов делиться не умеет и не будет, — поэтому, прости Леш, что я столько времени водила тебя за нос. Мне было очень приятно твое внимание, но продолжения не будет. Даже дружеского.

Он естественно не понимает, что я стараюсь ради него, поэтому обижается.

— Ты очень…жестокая. Я ведь тебя действительно любил.

О, уже прошедшее время появилось. Я воспринимаю это как хороший знак и виновато развожу руками:

— Прости.

Леша уходит, а я тяжело вздыхаю и через окно наблюдаю за тем, как он поднимает воротник джинсовой куртки, ежится словно от холода и бредет прочь по набережной.

Мне его очень жалко. Но так будет лучше.

Еще раз вздыхаю и снова обвожу взглядом присутствующих. Наши маленькие разборки остались незамеченными. Парочка все так же занята только друг другом, тетеньки громко обсуждают новый рецепт лечо, мужчина неспешно листает газету.

Все тихо, спокойно…До тех пор, пока дверь не открывается, и в кафе не входит, вернее вплывает Вобла собственной персоной.

Я в этот момент, как назло пытаюсь отхлебнуть кофе, но давлюсь, кашляю, устраивая самый настоящий фонтан и привлекая внимание абсолютно всех присутствующих, а потом грязная, раскрасневшаяся и со слезами на глазах наблюдаю за тем, как Вобла направляется прямиком ко мне.

Глава 17.3

Глава 17.3

На ней аккуратный бежевый брючный костюм, изящные лодочки и дорогая сумочка на сгибе локтя. На мне — толстовка в кофейных разводах и тушь по щекам. Наглядный пример настоящей леди и чуханки из села Большие Валенки.

Вобла морщит нос, берет с подставки салфетку и небрежно бросает мне:

— Утрись.

Звучит, как ругательство, а я ничего не могу ответить, потому что у меня до сих пор дерет горло и слезы градом. Все, что я могу — взять эту дурацкую салфетку, промокнуть ей глаза, губы и таким же жестом вернуть обратно.

Она возмущенно поднимет брови, когда грязный комок падает ей на рукав.

— Спасибо за участие, — наконец выдавливаю я.