Останься со мной

Я аж давлюсь от возмущения.

— Эй! Откуда?

Едва уловимое движение бровью, и градус моего возмущения удваивается.

— Ты за мной следил?

— Работа у меня такая.

— Плохая это работа, в чужом грязном белье ковыряться, — нахохлилась я, — платят хоть хорошо?

— Не жалуюсь.

— Не жалуется он, — отворачиваюсь к окну, — а я бы вот кому-нибудь бы пожаловалась на всех вас.

— Удачи, — улыбается.

Знаю, что рыпаться бесполезно и оттого сержусь еще больше. Сложно быть простой маленькой девочкой в их мире. Как меня вообще угораздило вляпаться во все это? Жила же себе спокойно и без проблем.

— А где Иван? — внезапно вспоминаю про молодого парня, который пас меня в доме у Демида. Он хоть по возрасту ближе…Хотя тоже гад.

Все они гады. Не гады в их мире попросту не выживают.

— Дисквалифицирован.

— За то, что я его побила?

Он криво хмыкает:

— Да.

— Он просто не ожидал. Надо было у Демида спросить заранее, что вас ждет. Он бы много интересного рассказал.

— Он рассказывал.

— Хорошее хоть было? — кривлю губы, представляя, какую характеристику он на меня мог дать.

Сумасшедший Еж, забывший дома голову и тормоза.

— Исключительно.

Я не верю:

— Да-да, заливай больше.

— Поверь, Демид не стал бы просить меня отвезти куда-то человека, к которому хреново относится.

— Тебе-то откуда знать. Часто с ним работаешь?

— Бывает.

— Шпионишь для него?

— Я не шпион, а специалист по трудным ситуациям.

— Круто, — я не могу сдержаться и совсем некрасиво присвистываю.

Среди моих друзей и знакомых нет специалистов по трудным ситуациям.

Там наоборот полно таких, кто эти ситуации создает сам. Да взять хоть меня саму — ходячий комок проблем. Поэтому мужик с такой профессией — это для меня что-то за гранью фантастики.

— И что, ты можешь решить все-все-все?

— Никто не может решить все-все-все. Я и моя команда действуем в рамках своих компетенций и возможностей.

— Наверное, большие у тебя возможности, раз Барханов с тобой работает. Он ведь тот еще зануда и идеалист.

— Достаточные.

На мои вопросы о работе он отвечает скупо, но мы уже за городом.

За окном мелькает вереница деревьев, впереди — серое полотно дороги, и мне чертовски скучно, поэтому продолжаю до него докапываться.

— Ты служил?

— Да.

— Кто в твоей команде?

— Без комментариев.

— Почему «Стеф»?

— Степан Ефремов.

— Ты в людей стрелял?

— Без комментариев, — терпение у мужика ангельское. Даже если я его достала, вида он не показывает, и не просит заткнуться и оставить его в покое.