Остаться друзьями

Не собирался ехать ни на какую дачу. У меня, вообще, на сегодня другие планы были. В кармане лежал персональный пригласительный на открытие нового ночного клуба. Пафосное место для мажоров. Конечно, без меня никак…

Но все планы полетели к чертям собачим, когда Серый сказал, что это дача его телки. А где Вика, там и Камила — решил я и не прогадал. Только нахрена мне все это надо, сам не понимал. Зарекся же с ней связываться.

На следующий день после того вечера, как она ударила мне по колену, я узнал, что у моей Милы в Лондоне, оказывается, отношения с кем-то.

Нажрался тогда зверски, подрался с чуваком одним в клубе, в обезьянник загремел.

Ну и, естественно, от отца прилетело… Мать ревела…

Короче, херово было. Никого видеть не хотел, особенно эту… потому что она на Милку мою похожа.

А потом увидел ее, когда Серого бухого к Вике привез. Не знал, что она там может быть, а то бы не поехал.

Взглянул на нее тогда, запаха ее вдохнул, когда она злющая с распущенными волосами в подъезд вылетела и… п@здец… Прощай крыша, здравствуй непроходящий стояк.

Специально заставил ее лезть за пакетами на заднее сидение.

Себе же хуже сделал. Чуть в штаны не спустил. Ну и не сдержался, набросился на нее как с голодухи. А она ведь не сразу оттолкнула, отвечала мне, кайфовала, потом только взбрыкнула.

Думал, что все, почти созрела. Немного только поднажать осталось, и она моя. Но, хрен тебе, Ник! Девка то не дура оказалась, поняла, что к чему, про Милу мою откуда-то узнала и сложила два плюс два.

Решил тогда, что права она. Некрасиво с моей стороны получалось. Нельзя вот так пользоваться человеком, а я ведь реально использовать ее хотел…

А чтобы не поддаваться соблазну, видеться с ней нельзя. И я честно держался почти две недели, а сегодня сорвался. Понял, что тянет к ней.

Накупил полный багажник жратвы, пива, Лизку взял для отвода глаз и полетел на эту гребаную дачу.

Только вот, похоже, мне здесь не рады.

— Нииик… а мы вместе спать будем? — с придыханием прошептала Лизка и принялась вылизывать мое ухо.

Я почти не улавливал смысла ее трепа, потому что все внимание было приковано к тому месту, где соприкасались голые плечи Камилы и моего друга.