Остров (Веласкес-1)

Хилари перекатилась и отскочила назад, перебросив нож из левой руки в правую, попыталась добраться до второго ножа, но китаянка загораживала ей путь.

Тогда чемпионка атаковала, не обращая внимания на хлыст, распоровший ей грудь, она перемещалась то влево, то вправо, Шейла чудом уворачивалась от сверкающего клинка. Дистанция снова сократилась настолько, что хлыст стал бесполезен. Но Шейла не сдавалась. Она выждала, когда рука Хилари окажется поперёк её тела, и резко толкнула её плечом, потом отбросила руку с ножом, сделала сальто назад, и подхватила нож соперницы.

И тут Хилари её достала. Она решила проблему с изменяющимся расстоянием, просто метнув нож в поднимающуюся с пола Шейлу. Лезвие задело шею возле ключицы, явно что-то повредив — кровь хлынула чуть ли не струёй. Китаянка застыла, зажимая рану рукой, только что подобранный нож она выпустила из рук, и хлыстом вроде как пыталась отмахиваться, но вяло.

— Добей её, — орал зал. Орали даже те, кто поставил на Шейлу.

Хилари хищно улыбнулась, сняла набедренную повязку, под которой ничего не было, вытерла кровь с лица, свернула повязку в верёвку, и зажала концы в руках.

— Сейчас она её задушит, — громко выкрикнул Краузе.

Судя по всему, другие зрители были с ним полностью согласны.

Хилари не торопилась. Она наслаждалась поражением соперницы, но ещё больше — вниманием зала. Но и осторожности не теряла, начала обходить Шейлу со стороны повреждённого глаза. Та старалась повернуться, но отнять руку от шеи не могла.

Китаянка вяло отмахивалась хлыстом, словно первый раз взяла его в руки. Хилари не обращала внимания на удары — они рассекали кожу, но серьёзного вреда не наносили. Зайдя Шейле сбоку, она резким движением накинула ей на шею импровизированную верёвку, и потянула на концы.

И тут Шейла крутанулась на месте, отрывая руку от раны. В ладони был зажат нож, который она каким-то чудом поймала во время броска, и этот нож сначала прошёлся Хилари по животу, рассекая мышцы и внутренности, а затем воткнулся в бедро.

Зал неистовствовал. В октагон летели стаканы с выпивкой, китаянка стояла, пошатываясь и гордо улыбаясь. И только когда ведущий досчитал до десяти, упала.

— Это она, дочка Шаня.