— Хорошо, мы осторожничаем при посторонних, ничего не афишируем… Но когда ты намеренно демонстрируешь, что мы друг другу чужие, меня это бесит."
"— Просто у кого-то самомнение зашкаливает. И я сейчас не про себя. — Она села к нему лицом, перекинув ноги на его на бедра. — А теперь послушай, как живу я. Моя жизнь превратилась в какой-то шпионский триллер. Я не могу спокойно говорить с тобой по телефону. Мне всегда приходится следить за словами, если кто-то рядом. Я езжу к тебе на такси. А если на машине, то отключаю навигатор, видеорегистратор и паркуюсь у соседнего дома.
Матюшин друг регулярно проверяет наши телефоны и машины на наличие каких-нибудь следящих устройств и программ. Мы и раньше так делали, но теперь чаще. Я все время в каком-то напряжении, жду, когда прилетит. Да я готова даже о помолвке с этим придурком объявить, лишь бы расслабиться хоть немного! Думаешь, мне приятно врать отцу? Я его дочь, Лёша, дочь! Представь, что он сделает, когда ему скажут, мол, Альберт Сергеевич, Полевой трахает твою дочь! Ты серьезно думаешь, что он будет спрашивать, любим ли мы друг друга и насколько серьезные у нас отношения? Это никого не будет волновать! На нас всем плевать будет! И твой, и мой будут вгрызаться друг другу в глотки, решая свои забытые обиды.
Потому что дело не в конкуренции, не в упущенной прибыли, всё гораздо хуже — им просто нравится соперничать. Это их жизненный принцип, хобби у них такое. Им нравится подстегивать друг друга и общественность. Если один куда-то влез, второму тоже обязательно надо…
— Давай уедем, — внезапно сказал Лёшка, прерывая ее отчаянный монолог.
— Куда? В отпуск?
— Нет. Куда-нибудь. Вместе.
Она немного опешила.
— Ты готов всё бросить?
— Я готов об этом хотя бы подумать. — Он помолчал и продолжил, развивая свою внезапную мысль: — А что мне помешает? Да, я давно уже принимаю самостоятельные решения, касающиеся нашего бизнеса, и много чего сделал, чтобы расширить наше влияние, но по сути я всего лишь наемный рабочий, — усмехнулся. — Мы знаем, что и кому отписано.
Юлик наследник, всё достанется ему, в том числе и управление компанией. Я Палычу даже не родственник. Доля у меня маленькая. Ну, заставит продать или отберет, да и ладно, я не обеднею и по миру не пойду. Всё, что у меня есть, это мои собственные инвестиции, мои вложения. Я ж не идиот, чтоб всю жизнь рассчитывать на подачки доброго дядюшки.
— Но разлом будет.
— Палычу лучше обойтись без условий. Потому что я знаю всё изнутри даже лучше него.
