Освободитель

И на лошадях было сразу по два всадника. Арон бешено заорал, командуя готовить арбалеты. Бойцы успели сделать два залпа, а лошади были уже под стеной. И вал конницы продолжал валить. Всадники, сидящие сзади, осыпали нашу стену градом стрел. Те, кто уже подъехал к стене, быстро спешивались, приставляли лестницы, и бойко карабкались вверх. Чувствовалось, что уж нергальские военные тоже не зря хлеб жрали, и тренировались отлично, настолько слаженно и быстро у них всё получалось.

– Гранаты, пли! – рявкнул Арон, и вниз улетело сотни три гранат.

И вновь под стенами начался осколочно-пламенный ад. Только теперь под взрывы попали вместе с людьми и лошади. Правда, всадников, не попавших под гранаты, это волновало мало. Они продолжали кружиться, и всадники стреляли из луков, просто засыпая стену стрелами. А по трупам уже шла новая волна нергальцев.

– Гранаты, пли! – заорал Арон, и вновь три сотни гранат полетели под стену. И снова крики и стоны. – Арбалеты! по конникам, пли!

Арбалетчики стали стрелять в конницу.

Та отвечала из луков. И хотя наши выстрелы были точнее, настолько велик был численный перевес нергальцев, что наших бойцов становилось всё меньше.

– Орье! – заорал я, – Активируй мины!

Молодой маг кивнул, отложил арбалет и хлопнул в ладоши. И тут уже шарахнуло так, что меня, не ожидавшего такого поворота, чуть не снесло со стены. В ушах зазвенело, как от хорошей контузии, но поле… оно просто исчезло в круговерти разрывов. Практически в небо поднялся огромный столб из огня, дыма и пыли. Исстрадавшиеся барабанный перепонки отказывались улавливать малейший шум.

Копоть разъедала глаза. А когда пыль и дым стали опадать, нам предстала ужасающая картина: практически все пошедшие в наступление всадники остались на поле. Вместе с лошадьми. И их там были десятки тысяч. Я ошалело глянул на солнце, коснувшееся горизонта, и проорал Арону:

– Уносите раненых и убитых, и бойцам отдыхать! Сегодня больше не нападут!

Император Басман был в ярости, но и… в ужасе! Буквально за час он лишился почти четверти всей своей армии.

Под стенами проклятого Хембо погибли шестьдесят тысяч его воинов! Погибли страшно, от непонятного колдовства. А из десяти кругов волшебников у него осталось всего шесть. Арор укрылся в шатре и шагал из угла в угол, не зная, что решить и предпринять. Советники лишь мычали, или сбивчиво отвечали, что нужно подумать, и в конце-концов, он просто пинками выгнал их из шатра, во главе с Муэлием Арэном. Басмана душили одновременно бешенство и страх.