Городское штатное духовенство получало жалованье, а в деревне обычно прихожанами выдавалась руга продуктами и землей. С 1765 г., после секуляризации церковных имуществ, на каждый причт государство выделяло 33 десятины земли, а штатные монастыри получали по 99 десятин. За 35 лет беспорочной службы белому духовенству полагалась пенсия, а вдовы получали половинную пенсию за мужа. Но зато духовенство было сильно ограничено в правах: не могло заниматься предпринимательством и торговлей (хотя и занималось, продавая продукты с собственного хозяйства), посещать театры, ездить верхом, танцевать, играть в азартные игры (хотя картишки духовные из рук все же выпускали редко).
Естественно, что на монахов накладывались еще более строгие ограничения, и даже выходить за ворота монастыря они могли только с благословения игумена.
Необходимо отметить, что, несмотря на государственный характер православия, другие признанные в стране вероисповедания обладали полными правами. Протестантские церкви (лютеранство и т. д.
) были совершенно автономны, и даже католическая церковь, хотя большинство католиков были поляки, заведомо нелояльные к Российскому государству, имела свои епархии с епископатом, духовные семинарии и академию, в столице находился папский легат (посол). Почти все монашеские ордены имели свои монастыри, кроме иезуитов, изгнанных из России в 20-х гг. XIX в. Католики подвергались незначительным ограничениям на военной службе (практически не было производства старших офицеров в генеральские чины), да в конце XIX в.
для католиков была введена процентная норма в российских университетах. Мусульмане же вообще не подвергались никаким ограничениям, имея свою духовную иерархию и духовные школы (медресе). Даже евреи иудейского вероисповедания могли открывать синагоги и избирать для отправления религиозных обрядов и духовного суда (а практически и «домашнего» суда по мелким бытовым вопросам) раввинов, а в черте оседлости существовали еврейские духовные начальные и средние школы – хедеры и иешеботы.
При Николае I был открыт Еврейский педагогический институт для подготовки казенных раввинов, но еврейские самоуправляющиеся общины, кагалы, рядом с ними могли избирать своих раввинов, так что казенный раввин вел только документацию. В Юго-Западном крае существовала даже любопытная должность «ученого еврея» при губернаторе, который выступал советником по делам, связанным с еврейским населением; такая же должность была при министре народного просвещения.
