От дворца до острога

У первогильдейского торговца мануфактурным товаром Дурылина «при наличии большой, даже исключительно большой семьи (в наличном составе семьи бывало до двенадцати детей), дом наш кишел бедными родственницами, свойственницами, просто знакомыми. Одни из них постоянно жили у нас в доме; другие домовничали, то есть переселялись на летние месяцы; третьи «гащивали» неделями; четвертые приходили на праздники, на рожденья и именины – а сколько их было, этих именин и рождений в огромной семье!». Однако же все с домочадцами да с домочадцами – и со скуки умереть можно.

Счастьем было, если приедет в гости такая же дебелая купчиха, может быть даже с дочерьми, – тогда и наливочка на столе появлялась. Вообще, по свидетельству современников, купчихи старого времени не чурались не только наливочек, но и мадерцы и даже ромцу. Ходили слухи и об иных их грешках. Даже говаривали, что купчиха держит мужа «для закону», кавалера – «для людей», а кучера – для удовольствия. А что ж, ежели целыми днями ничего не делать, помирая со скуки, да жирно есть и сладко пить, так грешная плоть-то и взбунтуется. Даром ли по купечеству держали кучеров чревастых, таких же упитанных, как их лоснящиеся лошади?

Однако и патриархальные купцы были разные. С. В. Дмитриев, живший в мальчиках у ярославских купцов Огняновых, затем ставший у них приказчиком и описавший, день за днем, весь годовой круг их жизни, сожалел о другом: «Они приучили меня к религии и ее обрядам, приучили к чистоте и аккуратности: каждая вещь должна знать постоянно свое место, каждую неделю ходить в баню, бриться, стричься и т.

 д. и т. п., словом, приучили чуть ли не к роскоши, по крайней мере по понятиям среды, к которой я принадлежал, и не дали ничего практического – чем и как доставать средства на такую аккуратную и безбедную жизнь?!. За время службы и безбедной жизни у Огняновых появилась у меня совершенно незаметно избалованность. Подходишь к хозяину: «Дайте 50 рублей вперед.» – «На что тебе?» – «На костюм». – «Бери!» – «Дайте 100 рублей. » – «На что?» – «На пальто.» – и т. д.

Все просимые суммы всегда отпускались без всяких векселей или расписок, с резолюцией хозяина на расходном ордере: «Выдать с удержанием из жалованья по 5 рублей в месяц». Ни один служащий не ушел от Огняновых, не оставшись им должным ту или иную сумму, а если кто из служащих умирал, так его сами же хозяева и хоронили на свой счет.

В конце года весь долг ушедшего или умершего служащего списывали на убыток.