От дворца до острога

Так что русский город был еще и скопищем разного залетного люда. Сюда стекалось также множество «труждающихся и обремененных», выпавших из сословной среды. Это были многочисленные бродяги, босяки, о которых отчасти уже шла речь, а также сотни и тысячи нищих и странников, мало чем отличавшихся от бродяг.

Широко распространенное в России нищенство было двух типов: временное, случайное, и постоянное, профессиональное. В первом случае нищими были обычные крестьяне из малоурожайных (Смоленская, Владимирская, Рязанская и др.

) губерний либо местностей, пораженных недородом или полным неурожаем. Однако такие нищие обычно побирались по окрестным деревням и были приметой сельской повседневности.

Но широко было распространено и постоянное профессиональное нищенство, вплоть до того, что в России были целые волости, где оно являлось такой же профессией, как плотничный или гончарный промысел. Довольно известный помещик Нижегородской губернии князь Грузинский просто посылал своих крепостных нищенствовать, и они со сбора платили ему оброк, как обычные крестьяне.

В таких местностях невеста собирала себе нищенством приданое, а девка не выходила замуж за парня, если он не мог собрать порядочной суммы. Профессиональное нищенство было и уделом многочисленных слепцов и калек: тяжелая крестьянская работа и пожары производили их великое множество, а жизнь в деревне, на грани выживания, была жестокой, и никчемный калека был ненужным едоком. Приходилось изыскивать собственные средства существования. И вереницы слепцов за мальчиком-поводырем, иногда купленным у бедных многодетных родителей, брели по дорогам, стекаясь в города и монастыри.

Сколько их было, профессиональных нищих? Конечно, особого учета никто не вел. Но в Петербурге, например, по официальным данным, в начале ХХ в.

числилось 25 тысяч нищих – для миллионного города немало. Кстати, нищенство здесь было запрещено. Журналист В. Михневич писал: «Как известно, нищенствовать в Петербурге строго воспрещается по требованиям благочиния. Никому не возбранено бедствовать… питаться акридами, а если нет и акрид, то без проволочек умирать с голоду, но доводить об этом до сведения общества строго воспрещается» (Цит. по: 118; 93).