Я и так давно уже вылетела в астрал, наблюдала за происходящим как будто со стороны, ушла в режим ожидания. Ноги ощущались ватными, а я сама — невесомой. Неужели я так много выпила? Не чувствуя тела натянула плащ. Ярослав помог мне. Макс тоже отстраненно оделся, не смотрел на меня, а мне очень хотелось, чтобы наши взгляды встретились, чтобы я прочитала по его бегущей строке на лбу о его чувствах, нашла поддержку. Он ведь тоже желает, чтобы мы поехали вместе? Если б не желал, не стал бы целовать меня, вызывать такси? Почему он так дрожит, почему пытается скрыть эмоции?
— Идем, идем, — поторопил Ярослав, подтолкнул меня в спину к выходу.
— Не останавливаемся, иначе еще за ожидание платить будем."
"Я послушно двинулась, направилась к барной стойке, расплатилась. Движения стало очень сложно контролировать, я то запиналась на ровном месте, то неуклюже взмахивала руками. К счастью, Ярослав следил за мной, вовремя подтягивал за талию, когда я норовила налететь на чужой столик, то ограждал меня от очередного потока посетителей.
Я громко и не к месту смеялась. Сама не поняла, как оказалась на заднем сиденье такси. Рыжик сел рядом, Ярослав — на переднее сиденье. Автомобиль тронулося.
Я прислонила гудящую голову к прохладном стеклу, стала разглядывать пролетающие мимо огни вывесок и прохожих, старалась всячески отвлечь себя от лишних размышлений. Я, Макс и Ярослав едем к нему домой. Вечер перед выходным. Они целовал меня, оба зажимали с двух сторон.
Лучшие друзья! Как такое могло произойти? Не верю! Не верю, что со мной это происходит взаправду. А тело уже готово, уже мечтает оказаться в объятьях, получать ласки, удовлетворять мужчин. Извращенка! Развратница! Я не должна соглашаться, мне надо помнить о последствиях, вспомнить, что я их начальник, что мне с ними работать. Нельзя допустить, чтобы они занялись со мной сексом! Я не повторю ошибки, совершенной с Андреем! Но с другой стороны… Когда мне выдастся подобный шанс? Когда я опять окажусь в компании двух привлекательных, сексуальных мужчин? Одновременно! Шанс мал, он мизерный, неповторимый.
Откажусь — и все, никогда не узнаю, каково это. Даже если они пьяны, поддались соблазну, погорячились, то мои впечатления так или иначе останутся на всю жизнь. Я не могу их упустить. Не хочу упускать.
Я украдкой бросила взгляд на рыжика: он отвернулся к окну, затих, его лицо будто окаменело, отказываясь выдавать малейшую эмоцию.
