От винта! [Сборник]

А остальные «детали» мы уже обсудили с Поликарповым. Так что считай, что эта серия уже есть. Не буду рассказывать, скоро сам увидишь. А вас, Владимир Константинович, я бы попросил подумать о переходе в мой отдел. Направление перспективное! – и я показал мандат Сталина.

– Вот это номер! А я думал, что это квартира твоей жены. А ты, Валера, всё знал, и мне ни слова не сказал! Я же спрашивал у тебя, куда Андрюха делся!

– Если он сам об этом не говорит, значит так надо. У меня от друзей секретов нет, но это был не мой секрет.

– В чем будет заключаться моя работа?

– Приём-установка радиолокационных станций вокруг Чкаловского, подготовка лётчиков к работе с оператором РЛС, подготовка самих операторов РЛС и планшетистов. Подготовка больших показательных учений ВВС на базе нашего аэродрома в Чкаловском. Я бы сам этим занялся с удовольствием, но у нас с Ритой пока другая задача. Первым заместителем является капитан первого ранга Берг, но он в Ленинграде. А вы, Владимир Константинович, здесь командуете авиационной частью вопросов.

– Кхе… А Филин знает?

– Пока только о создании комиссии, о задачах и планах – пока нет. Первая РЛС должна поступить из Ленинграда сразу после праздника. Но она только кругового обзора: даёт направление, но не даёт высоту полёта. Вторая станция придёт 1–3 декабря. Она даёт высоту, может использоваться как для авиации, так и для ПУАЗО. Кроме того, я в докладной записке попросил выделить один дивизион тяжелых 85-мм зениток и два дивизиона МЗА.

– Какие у нас кухонные разговоры пошли, ребята. Ты, кстати, Андрей, своё назначение зажал и не обмыл! – громогласно заявил Чкалов.

– Да и ужин в третий раз придётся разогревать! – сказала Рита.

Под утро подвыпившие гости угомонились, и мы тоже легли. Рита прижалась ко мне:

– Почему ты был такой недовольный? Из-за перелёта?

– Мне кажется, что Судоплатов что-то недоговаривает.

– Глупый ты! Паша всё предусмотрел! – она зажгла свет и вытащила из тумбочки испанский паспорт, довольно мятый и с множеством отметок, и показала мне фотографию черноволосой худощавой женщины, у которой только овал лица и глаза выдавали мою собственную жену.

– Мы же сегодня фотографировались?

– А я уже пятый год работаю в НКВД, и в Испании была.