От заката до рассвета

Элайза притащила в дом своих подружек, и сначала они громко и демонстративно смеялись, явно давая понять, что я не вхожа в их компанию, а потом, пока я выходила на улицу, чтобы мои уши отдохнули от их смеха, они пробрались в мою комнату, нашли мой дневник и стали читать его вслух, потешаясь над моими мыслями.

А ведь в дневник пишут самое сокровенное. То, что никогда никому не расскажут.

— Ночью мы с Себастианом и Андре сбежали в лес, чтобы покурить. Себ отобрал сигареты у какого-то отщепенца. Флёр с нами не пошла, потому что ей снова нездоровилось.

Да она и не курит, а просто так с нами стоять за деревьями ей неинтересно. Мы курили втроём, Андре все время что-то говорил, а мне так хотелось, чтобы он ушёл и я осталась только с Себасом. Больше всего ненавижу, что нам с ним редко удаётся быть вдвоём…

Я возвращаюсь в квартиру и застываю на пороге, когда слышу это. До меня не сразу доходит, что Элайза с нарочитым выражением читает вслух мой дневник. Наверное, я это осознаю, только когда слышу громкий смех ее подружек.

Я залетаю в комнату Элайзы и застаю ее с очень довольным выражением лица и с моим дневником в руках.

— Ой, а вот и наша несчастно влюблённая. — Заливается смехом. — Судя по твоему дневнику, этому Себасу до тебя вообще нет дела.

— Как ты посмела!? — я подбегаю к ней и силой вырываю дневник. Но Элайза очень крепко его держит и не хочет отпускать. Мы тянем красивую тетрадь в твёрдом переплете в разные стороны, и в итоге она рвётся.

Сестра и ее подружки заливаются смехом, а у меня по всему лицу текут слезы.

Этот дневник Себас подарил мне на мой прошлый день рождения. И даже подписал его:

Естественно, я понимаю, что «обожает» меня Себ только как подругу. Но все же эта подпись меня грела. К тому же он выбирал тетрадку все выходные… Я сразу решила, что она станет моим дневником.

И вот эта тварь, которая по какой-то причине является моей сестрой, не просто прочитала мой дневник, но еще и порвала его. Я быстро подбираю с пола разлетевшиеся листки и выбегаю в слезах из ее комнаты.

Закрываюсь на ключ в своей и падаю на подушку лицом вниз, захлебываясь в рыданиях. И через закрытую дверь до меня все еще доносится смех Элайзы и ее подруг.

А уже через час мне нужно предстать во всей красе перед гостями. И перед Элайзой с ее подругами, которые продолжают на меня смотреть, шептаться и хихикать. Не трудно догадаться, что именно они обсуждают.

Я вылезаю из автомобиля отца с небольшой сумкой вещей и захожу в интернат.