Отбор для дракона (СИ)

За твою целеустремленность и… да чего уж там, за то, что я тебе небезразличен. Я, а не мой титул.

Робин провел большим пальцем по моим губам, и я неровно вздохнула.

– Не получится – значит, не получится. – Он выпустил мой подбородок, скользнул пальцами вдоль шеи прежде, чем запустить их в волосы у меня на затылке. Выдохнул. – Я люблю тебя, и плевать на истинность. Так ты выйдешь за меня?

– Да, – шепнула я прежде, чем он закрыл мне рот поцелуем.

«Мне не плевать! – возмущенно рыкнул Эрвин. – И все получится!» – но мы не обратили на него внимания, снова занятые друг другом.

– Пойдем. – Робин выпустил меня из объятий. – А то я проверю прямо здесь.

«Я оставлю вас, люди. Дольше мне тут нельзя».

Я проводила взглядом золотую искру.

– Здесь слишком много магии, – заметил Робин, тоже глядя в небо. – Сила может разорвать дракона, если он задержится в Мороке слишком надолго.

– А человека?

– Легенды ходят разные, никто из императоров тут не бывал, поэтому – не знаю.

Снова ступени, вниз, еще вниз.

Если это и в самом деле лишь порождение наших разумов, оно ощущалось до невозможности реальным."

"Выйдем ли мы отсюда? Что если Эрвин да и Робин – лишь плод моего умирающего мозга? Что если мы обречены вечность блуждать здесь? Слишком уж просто – спуститься по ступенькам – да, бесконечному множеству ступеней, но ведь здесь нет тела, способного устать.

Я не стала делиться своими сомнениями. Незачем мучить ими ни себя, ни Робина, если он настоящий, конечно. Нет! Думать об этом – точно сойти с ума. И потому я просто шла, держась за его руку.

Пока внизу, за очередным изгибом тропы, не показалась избушка.

Я вздрогнула и остановилась как вкопанная, стиснув руку Робина так, что у самой пальцы заныли.

– Что случилось?

Не знаю, как мне удалось не заверещать.

Снова вернуться в дом, где я оказалась в полной власти некроманта, окунуться в пережитый ужас… Это было выше моих сил. Ноги будто примерзли к ступеням, и сама я обратилась в ледяную статую, не способную шелохнуться. Мои ли это чувства или Морок играет со мной? Ответа снова нет. Да и едва ли я способна его найти. Не осталось ни надежды, ни здравого смысла – только бесконечный ужас.

– Я не могу.