Отбор для дракона (СИ)

В бок давило что-то жесткое, холодный ветер пробрался под сорочку, и в довершение всего в щеку впился комар. Я с размаху врезала себе по лицу – ну прямо как медведь в той сказке про зайчика, – резко села и не удержала ругательство.

Я оказалась на земле, густо усыпанной прелой хвоей, между корней здоровенной сосны – кажется, они и давили мне в бок. В ночной сорочке. А рядом – такие же встрепанные и ошалелые Делия и Кассия.

Нет, этого не может быть. Это продолжение сна.

Вот только жесткий корень подо мной казался слишком реальным для сна.

И щека горела чересчур отчетливо, а ветерок так и норовил пробрать до костей.

Что случилось? Где мы?

Неужели император так расплатился со мной за вчерашнюю выходку? Судить и казнить – могут всплыть ненужные подробности; а так – усыпил, закинул порталом в неведомую глушь, и поминай как звали. И никому ничего объяснять не надо: отказалась от участия в отборе и уехала, куда – дворцовую стражу не заботит.

Но соседок-то за что? На случай, если услышали лишнего?

Так, надо успокоиться.

Прежде чем рвать на себе волосы и бегать кругами, стоит оглядеться и подумать. Я проглотила очередное ругательство и вопрос, где мы. Судя по ошалевшим лицам остальных, они тоже не слишком понимали, что происходит.

Втроем мы сидели на прогалине в сосновом бору, густо поросшем подлеском. Солнце пробивалось сквозь ветви, а значит, стояло либо позднее утро, либо ранний вечер. Обе мои соседки были одеты, то есть раздеты, точно так же, как я, словно нас выдернули из кроватей.

В который раз окинув ошалелым взглядом прогалину, я обнаружила чужеродный элемент пейзажа.

– Моя сумка!

– И моя! – воскликнула Делия.

Три наши сумки были сложены под кустом на краю поляны, а под ними оказалась аккуратно свернутая одежда. Удобные просторные штаны, куртка и мягкие полусапожки – все ярко-алого цвета, издалека заметного среди зелени. Три комплекта, отличавшиеся разве что размерами.

– Похоже, это все-таки испытание, – заметила Кассия.

Я мысленно выдохнула. Знать, что из-за меня пострадали другие, было жутковато.

Испытание – другое дело. Вот только что они хотели проверить таким образом?

Делия топнула босой ногой.

– Узнаю, кто его придумал, поймаю… зажарю и съем!

Точно подтверждая ее слова, у подруги заурчал живот. Она ойкнула и схватилась за него руками. Мой желудок пока признаков жизни не подавал, видимо, столь же обескураженный, как и мозг.

Делия задрала голову в небо и крикнула:

– Эй, забер…

Ладонь Кассии закрыла ей рот.