Отбор для Короля волков

Так, чтобы она орала на весь зал. Чтобы уши глохли от ее криков. Чтобы впивалась мне в кожу ногтями и умоляла еще. Дочь князя…

Она оказалась идеальной. Даже лучше. Не знаю слов, чтобы описать ее. Совершенная. Не Луне, а ей я теперь буду поклоняться. Такая белая кожа, что стало страшно ее запачкать. И в то же время меня накрывало желанием видеть на ней алые отметины от своих ладоней. Волосы… Таких просто не существует в природе. Как лунный свет. Я уже видел, как наматываю их на кулак, тяну на себя, врезаясь в ее тело.

Или как они скользят по моей груди, по животу и бедрам, накрывают член, пока она дарит мне свои поцелуи.

Мысль о поцелуях добила окончательно. Ее губы, невинные и порочные одновременно. Даже ни следа краски, которой себя любят украшать женщины. Я видел их настоящий цвет. Нежно-розовый, невероятный. Они станут алыми от моих поцелуев? Наверняка да. И припухнут, повлажнеют."

"Я пялился на нее, действительно ощущая себя мальчишкой. Пожирал глазами, запоминая каждую черту лица. Глубокий серый цвет глаз — цвет грозы, туч и тумана.

Она отличалась от других женщин. Даже смотреть вокруг не нужно было, чтобы понять это. В то время как остальные нарядились так, что рябило в глазах, она была в черном. У нее траур? Или она всегда так одевается? Это платье скрывало все, мешая мне разглядеть. А я хотел видеть! Какая она там, под слоями всей этой ткани? На ней нет украшений, волосы распущены — вызов всему, к чему так привыкли мы, волки.

Она почувствовала мой взгляд. Не сразу. Сначала бегло осмотрела зал.

Я едва не зарычал. Неужели не видишь, кто на тебя смотрит? Не знаю, что происходит в ее голове, какие мысли там блуждают, но то, как она посмотрела на меня в ответ… Так хладнокровно оценивающе. Пренебрежительно. Высокомерно. Только напряженные пальцы выдавали ее волнение. Но я уже не мог точно сказать, из-за чего она переживает. В ее глазах не было ничего, к чему мы привыкли. Чаще всего человеческие женщины смотрели на нас со страхом — наверное ожидали, что мы тут же обратимся в волков и раздерем их на куски. Иногда в их глазах мелькала жадность — мы всегда были щедры к своим женщинам. Любая женщина, оказавшаяся в клане, никогда и ни в чем не знала нужды.

Княжна же смотрела… едва ли не с отвращением. Она высокомерно улыбалась, словно знала обо всем, что со мной сейчас происходит. Знала, как действует на меня. Ее холодный оценивающий взгляд прошелся ножом по жилам. Что она увидела? Сочла меня недостойным?

Дикий дурман ударил в голову.