Отбор для Короля волков

С трудом дыша, Аглая почувствовала, как новый поток влаги скользнул по губам. Поймала языком несколько капель и жадно проглотила. Он действительно походил вкусом на шорячий глинтвейн. Пряный и сладкий. До безумия пьянящий.

Дамазы замедлил движения. Застыл над ней, дрожа крупной дрожью. Аглая не видела его лица — только сокращающийся живот и покрытую потом грудь. Она видела, как он тяжело дышит. Как будто задыхается. А у самой перед глазами все плыло от его вкуса и только что пережитого.

Его наслаждение эхом отзывалось в ее теле.

И Аглае хотелось, чтобы так было вечно. Чтобы это мгновение растянулось на многие сотни лет. Сейчас они не были врагами — только мужчиной и женщиной, разделившими нереальное сумасшедшее наслаждение.

Дамазы скользнул вниз, прижавшись к ее телу. Аглая безвольно опустил руки на шкуры, а он потерся губами о ее шею и неразборчиво начал что-то шептать.

Она не понимала ни слова. Какие-то мягкие гортанные звуки, в которых угадывались незнакомые слова. И он все время повторял одно слово… Элль… Элльлеле.

Аглая начала различать в путаном шепоте «Ма элль. Ма элльлеле». Она не знала перевода, но от этих слов сердце наполнялось странным теплом.

Он царапал ее шею зубами и немного жестковатой щетиной. А потом слизывал языком капельки испарины. Терся о нее всем телом и гладил волосы. Ей еще никогда не было так хорошо.

Аглая не удержалась и накрыла ладонями его плечи. Дамазы вздрогнул и еще отчаяннее прижался к ней. Вдавил ее тело в свое, впечатываясь между ее бедер и продолжая шептать «Ма элль».

Аглая бессознательно погладила его плечи. Скользнула ладонями по спине, узнавая на ощупь длинные шрамы, выступающие рубцы. Он был твердым и жестким. Но и гладким. Сильным. Мощным. Таким, на которого можно положиться и который решит все проблемы, который защитит.

Аглая запретила себе об этом думать. Он ее ненавидит. И при первой же возможности отправит на костер. Но оторваться от него было выше ее сил. Она безостановочно ласкала исполосованную рубцами спину, крупные лопатки и длинное русло позвоночника.

Накрыла ладонью упругие ягодицы. Даже тут он был совершенен. Гладкая влажная кожа, впадинки по бокам. Аглая жадно гладила их, пока Дамазы пьяно ласкал шею, то целуя, то царапая зубами и щетиной.

Аглая сжала пальцы и откинула голову, открывая доступ к горлу. В следующую секунду ее пронзило болью. От шеи до лона прокатилась огненная вспышка. Она закричала. Острые зубы вонзились в кожу.