* * *Полог тишины идеален, если беседующие желают оставить разговор в тайне, но недостаток у заклятия все же есть — расстояние, с которого оно начинает действовать, расходится во все стороны, даже сквозь стены.
Женская уборная расположилась как раз через стену от того места, где остановились Бенедикт с Ранделом. Глазами границу заклятия никогда не увидеть, но зеркала выдавали магическое искажение пространства.
Стоя у раковины и моя руки, я заметила дрожь воздуха в отражении. Оглянувшись на дверь, недолго колеблясь и наскоро вытерев руки, я подошла и примкнула ухом к стене, усилив слух заклятием.
Оно было трудным, со сложным плетением — ведь стоило настраиваться на определенное расстояние. Одна-единственная ошибка, и можно оглохнуть от чьего-то дыхания или бьющегося сердца.
Конечно, подслушивая, я не рассчитывала, что узнаю что-то важное для меня самой. Сыграло любопытство, ведь никто не накладывает полог тишины ради ерунды.
Но меня ожидало настоящее открытие… В последнее время я слишком часто оказывалась в верное время и в нужном месте — удивительные совпадения.
Я услышала достаточно, чтобы кое-что понять. Хотя голова шла кругом, окончательно соединяя все ниточки воедино. Рандел — это мой постоянный заказчик Рик.
«У этих мужчин слишком разные нравы», — еще несколько часов назад подумала бы я. Но после увиденного у стойки администратора мое мнение изменилось.
Идя с ректором, но целиком и полностью погрузившись в свои мысли, я и не заметила, как мы прошли половину пути. Шумные улицы остались позади, ночные гуляки попадались редко, а воздух был полон прохлады, и отчего-то пахло лесом.
Хотя я была в нем лишь несколько раз, но этот аромат дерева и влажной земли узнавала безошибочно.
Бенедикт оставался поразительно молчалив, будто понимал мое настроение.
Или догадывался…
Линии его фигуры соединялись в складный силуэт. Почему-то именно сейчас я не видела в нем могущественного мага, скорее уставшего после долгого дня мужчину.
Медленно ступая и разглядывая каждый камешек брусчатки, я размышляла о своих дальнейших действиях.
Мыслей было много, причем не радужных.
«Рискну. Пусть подтвердит слова делом», — внезапно решила я и, не дав себе времени пойти на попятную, взглянула на Бенедикта:
— Я подслушала ваш разговор. Решила прямо рассказать тебе об этом.
Ректор остановился, я замерла на месте вслед за ним.
Откровенно говоря, было страшно. Я слишком мало о нем знала, чтобы быть точно уверенной, что он не пригрозит мне и не заставит молчать.
