Отчаянный шаг

Пенни вновь живо представила себе площадь Пигаль с ее кричащей неоновой рекламой, видео-шоу и зрелищными представлениями. Едва слышный стон вырвался у нее при воспоминании о том, как в ярости Сол покинул номер, как на следующий день пошел ее разыскивать.

— Что случилось? — Это был всего лишь вежливый вопрос, заданный бесстрастно, и, тем не менее он вызвал острую боль в ее душе.

Пенни нервно сжимала руки, не в силах унять эти судорожные движения.

— Ничего, — произнесла она медленно, — просто... просто день выдался очень утомительный.

— Прости. Я такой невнимательный. — Сол поднялся из-за стола, почтительно поклонился с видом учтивого хозяина, принимающего гостя. — Я провожу тебя в твою комнату. — Он стоял, ожидая.

Пенни молча встала, глубоко вздохнула, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце. В холле он остановился, взял ее чемодан и затем жестом позвал ее за собой. Они поднялись по лестнице наверх.

Комната, в которую он ее привел, находилась рядом со знакомой Пенни спальней — его спальней.

— О, как здесь мило, Сол! — вырвалось у нее невольно.

— Рад, что тебе понравилось. — Пенни показалось, что улыбка, с которой он это произнес, была немного циничной. — Я старался сделать твою тюрьму по возможности комфортабельной.

Несмотря на насмешливую гримасу на его лице, Пенни почувствовала некоторую странность в этом признании, будто бы он извинялся за какое-то недоразумение, его тяготившее.

— Значит, ты не сажаешь меня на хлеб и воду? — осторожно парировала она. Здесь и в самом деле было комфортабельно, правильнее сказать — роскошно. Она видела, как смягчились жесткие линии его лица при этом ее колком замечании, мягче стал безжалостный рот, и Пенни с тревогой ощутила, как странное тепло рождается внутри ее и разливается по всему телу. Она подняла глаза и встретилась со взглядом Сола.

— Ты можешь распоряжаться деньгами только на ведение хозяйства, снимая их с моего счета. Как ты их будешь тратить — это на твое усмотрение, конечно, в разумных пределах. — Какие дьявольские искорки сверкали в его красивых глазах. — Копченая семга и вино... или хлеб и вода... можешь выбирать пищу, которая тебе больше по душе.

Горячая волна вновь захлестнула все тело Пенни: она поняла скрытый смысл его слов. Пенни выпрямилась.