Отчим в моей постели

Поцеловал!

Как никто и никогда не целовал.

Как мне с этим дальше жить? Как жить с ним в одном доме? Мне так стыдно. Перед ним, перед мамой, перед всем белым светом. Не зря он меня шлюхой называл, я такая и есть. Кто в здравом уме позволит себе такое?! Никто. Таких дур, как я, больше нет.

Поднявшись с пола и вытирая мокрые щёки, иду на негнущихся ногах к кровати и забираюсь на неё. Обняв декоративную подушку, сворачиваюсь калачиком и продолжаю лить слёзы. Ругаю и жалею себя одновременно, пока не засыпаю.

А проснувшись, когда солнце уже высоко, я чувствую себя ещё более уставшей, чем когда легла. Воспоминания вчерашнего вечера, как обухом по голове. И страшнее всего то, что от одних воспоминаний меня бросает в дрожь. Приятную и возбуждающую дрожь, словно что-то тёплое, мягкое. От этого ещё паршивее на душе, потому что это ненормально. Всё, что я должна чувствовать к нему – это ненависть и злость, но не приятные чувства.

– Я его ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – повторяю, как мантру, пытаясь убедить саму себя в этом.

Встаю с кровати и, схватив с прикроватной тумбочки свои умные часы, радуюсь, что они показывают почти двенадцать дня. Значит Руслана дома уже нет, и я могу спокойно спуститься на кухню и поесть. От нервов у меня всегда появляется аппетит, душа требует вкусняшек.

Приняв душ и надев спортивные леггинсы со свободной футболкой, я спускаюсь вниз. В доме тишина, и это не может не радовать. Есть возможность погулять по дому, а не сидеть в своей комнате, чтобы не дай бог не нарваться на Руслана.

Но кто сказал, что мне везёт?

Спустившись на кухню, здороваюсь с тётей Людой, и пока она организует мне завтрак, сама делаю себе кофе. Получив тарелку сочных сырников с джемом, выхожу на закрытую террасу. Я обожаю это место – полностью застеклённый небольшой зимний сад, где полно растений, и место отдыха в виде мягких диванов и кофейного столика. Но я люблю сидеть у круглого, больше подходящего для декорации, столика у самого окна, откуда виден весь задний двор.

К гуляющим по территории охранникам я давно привыкла. Правда, до приезда Руслана в наш дом их было вдвое меньше, но я стараюсь не замечать этих людей и любоваться концом осени. Деревья почти сбросили свою одёжку, а земля покрылась золотистым ковром. Но мне и тут мало везёт, потому что на другом конце двора уже работает садовник, и скоро он уберёт всю листву. Нам ведь надо поддерживать чистоту, иначе какой мы высший свет.