Отчим в моей постели

Отрезать член и засунуть ему же в рот, чтобы не смел совать его в мою девочку.

Резко вскочив на ноги, я мигом обуваюсь и несусь на выход. Я сейчас её найду и запру нахрен в комнате. Устрою ей воспитательную «беседу», месяц сидеть не сможет и, возможно, до неё начнёт доходить.

Не знаю, сколько мужиков у неё было, кто своим мерзким ртом оставлял свои метки на её белоснежной коже, но только одному богу известно, как я сдерживаюсь, чтобы не сломать им всем хребет.

Конечно, такая информация имеется, Виталик исправился, всё вычислил.

Где, когда и с кем, но ради её же безопасности я не стал смотреть в отчёт. Чёрт с ними. Как там говорится – прошлое должно оставаться в прошлом? Вот только нихрена подобного! Попробовал её, и всё – крышу рвёт от одной только мысли, что кто-то касался моей девочки.

А она моя! Моя, сука! И мне плевать на весь мир.

– Руслан? – раздаётся голос моей невестушки. – Что-то случилось? – интересуется Мила, семеня за мной к выходу.

– Случилось, – сухо бросаю я. – Вернись в дом!

– Но ночь же, куда ты собрался?.

.

– Вернись в дом! – рявкаю так, что она вздрагивает.

Не желая больше участвовать в допросе, я закрываю перед её носом дверь и спускаюсь по ступенькам вниз, но так и застываю на месте. Мне навстречу поднимается сама виновница, опустив голову и придерживая капюшон от куртки одной рукой. В два шага оказываюсь перед ней и, схватив за локоть, впечатываю её нос в свою грудь.

– Где ты, чёрт возьми, шляешься? – шиплю сквозь зубы и при этом принюхиваюсь, пытаясь уловить чужой запах.

– Отпусти, – неуверенным голосом требует она, даже не подняв головы.

– Я задал вопрос! – сжимаю её локоть ещё сильнее.

– Я не обязана перед тобой отчитываться, – огрызается в ответ, но голос по-прежнему звучит неуверенно и как-то устало.

– Ты обязана не только отчитываться, но и не делать шага без моего ведома! – наклоняюсь к ней, и она наконец-то поднимает на меня свои голубые глазки.

– Со своими псами будешь так разговаривать, – выплёвывает мне в лицо и дёргается в попытке вырваться из моей хватки.

 – Отпусти! – требует дрогнувшим голосом, вот-вот и заплачет.

– Что за истерики? – хмурюсь я. – Соскучилась по заточению, м? – рычу на неё, но девчонка и глазом не моргает.

– Мне плевать! Отпусти и не смей больше ко мне прикасаться, – твёрдым тоном выпаливает, но глаза уже на мокром месте.

Внутри что-то переворачивается, рука дёргается стереть с розовых щёк слезу, но я не позволяю себе этого сделать.