Отпрыгиваю в сторону, содрогаюсь от суеверного ужаса… от того что не новые эти ощущения… Но я ведь никогда ничего подобного не видела! Я схожу с ума!
Каменные стены дома увешаны картинами, этих же чудовищ, только в более красочном варианте. Удушливо горький запах забивается в ноздри.
Иду за гориллой по коридору, сворачиваем направо, коридор освещают лампы, сделанные в старинном стиле, напоминающие факелы. Мой надзиратель открывает массивную железную дверь. Вхожу в комнату с накрытым дубовым столом. Горят свечи, красная скатерть и картина коровы с женским лицом.
Не могу сказать ни слова. Хватаюсь за горло, будто хочу оторвать колючие шипы, которые мешают дышать.
— Приятного аппетита, — говорит горилла и уходит, закрывает за собой дверь.
Я остаюсь одна в жуткой комнате. Но снова не комната страшит, а то, что она пробуждает во мне.
Смотреть больно. Не могу двигаться. Парализована непонятными, пугающими ощущениями.
В сторону еды даже не смотрю. Запахи раздражают, сводят с ума.
Так и замерла. В ожидании, когда существо, по чьей больной воле я тут оказалась появится.
Человеком я его назвать не могу. А я чувствую, оно уже близко.
Когда дверь открывается, обнимаю себя за плечи, дрожу… в каком-то суеверном предчувствии.
— Кариночка, милочка, ты что не ешь? Меня, красавица ждешь! — слащавый голос. А я вижу только, как шевелятся тараканьи усы, они обещают… нечто слишком жуткое, что мой мозг отказывается воспринимать.
А потом картинка настоящего пропадает, словно проваливаюсь в другое измерение.
У меня перед глазами снова эти усы, только они не улыбаются, в странном видении, они зло шевелятся и отдают приказ:
«Лицо не трогать. Синяков не оставлять. Сделать все, чтобы урок усвоила».
Глава 30
Мотаю головой, отгоняю видение. Не понимаю, где я это могла видеть? Или от страха разыгралось мое воображение?
— Отпустите меня! — обнимаю себя руками.
От этого человека исходит удушающая энергия, будто он поглощает собой кислород и заставляет задыхаться от смрада, которым заменяет воздух.
— Ты дома, — невозмутимо заявляет и усаживается за стол. — Ммм… повара сегодня постарались на славу, — накладывает в тарелки еду. При этом продолжает мерзко улыбаться.
— Вы меня слышите! Мне надо домой!
— Ты чего не садишься, дорогая? Все остынет, — указывает мне рукой на место напротив себя.
— Вы меня похитили! — голос срывается.
— Пригласил в гости. Я же друг. Успокойся, выпей вкусного чаю, — он продолжает разыгрывать радужного хозяина.
Все же присаживаюсь.
