Отдай моего сына

У него мать русская. Я это помню очень хорошо.

— Я отойду, — опускаю взгляд в пол и быстрее бегу в ванную комнату. Закрываюсь в ней, включаю холодную воду и умываю лицо.

Почему он?..

Почему именно Валид оказался братом моего мужа?.."

"Вот так вихрем снова вернулся в мою жизнь, хотя я только сбежала от него в мыслях! Безнадёжно!

Он хоть и не сделал ничего плохого, кроме как…

Вспоминать то унижение не хочу!

Главное, что он подарил мне сына, которого я так люблю. И пусть это прозвучит наивно, но в детском доме меня учили искать во всем только хорошее.

Поднимаю голову, смотрю в зеркало и пытаюсь привести мысли в порядок.

Не успеваю.

Взгляд сам мечется на дверной проём, в котором стоит мощная фигура. Я помню её до сих пор. Помню то голое, накаченное тело. Каждый волосок на его груди, руках, животе и ниже… Его мужественный запах. Он пахнет мускусом и сандалом. До сих пор его аромат в носу. И он опять попадает в нос, проникая в самую глубь.

Собираюсь с силами и пытаюсь сделать вид, что не помню его.

— Что-то произошло? — улыбаюсь, отрываясь от раковины.

Может, и он не помнит меня?..

Я всего лишь девчонка, которой он воспользовался и выгнал. Хотя перед этим нанёс слишком сильную боль.

А что если он до сих пор считает, что я?..

— Не смогла проникнуть в нашу семью через меня, решила воспользоваться моим братом? — громоподобный голос рассекает тишину. Говорит так жестоко, будто я в чём-то виновата. Но это ведь не так…

— Я не понимаю, о чём вы, Валид, — продолжаю невесомо улыбаться.

Он делает шаг вперёд в и без того тесную ванную комнату. Я сглатываю, делаю шаг назад и упираюсь в душевую кабину.

И буквально за секунду он оказывается возле меня. Поднимает в воздух руку, за которой я наблюдаю. Он впивается пальцами в мои щёки. Больно сжимает. Так сильно, что из меня чуть не вырывается стон боли.

И если она ничего не поймёт из наших слов, то… звуки точно.

— Продолжаешь играть дуру?

— Отпустите меня, пожалуйста, — всё же выпускаю еле слышимый стон.

Я не конфликтный человек! Стараюсь всё решить словами, но Валид… переходит границы. Но я ничего не могу сейчас поделать. Мой большой живот — единственное, что разделяет меня и мужчину.

И именно он отрезвляет, что не стоит делать резких движений.