Отдана чудовищу

Тогда пришла, наорала на меня, разозлила. Я поимел её только от злости, что отец заставляет меня жениться на Олесе. Мне, в тот момент, казалось отличной местью, что я трахнул ее подругу. Потом, она пришла ко мне в спальню и ушла ни с чем. Я пригрозил ей, что вышвырну её, если она попробует проделать это ещё раз.

И вот. Она проделала. Но я же засыпал с Олесей, чувствовал ее запах от шарфа.

— Да какова хрена? Ты, блять, сделала? — я пребывал в шоке. Неприятное чувство. Словно тебя изнасиловали.

— Минет. Лучший в твоей жизни, — я так думал, потому что был уверен, что это Олеся.

— Глеб. Я так скучаю. Каждый день думаю о том волшебстве, что было между нами, — с каждым словом она приближалась ближе.

— Какое, нахрен, волшебство? Я трахнул тебя из злости! — схватил ее за волосы и толкнул на стену. — Я выкину тебя, как обещал! Но перед этим отдам своим дружкам! Грязная шлюха! — Маша смотрела испуганно, а ее подбородок затрясся.

— Я люблю тебя, а ты на меня не смотришь. Тешила лишь одна мысль, что и Олесю избегаешь.

Ей всегда доставалось самое лучшее. Дочка альфы, этот дом, шикарная свадьба и ты! Но я же красивая. Я достойна всего этого! У меня тоже чистая кровь. В моей семье только оборотни.

Я отпустил ее. Мне было противно прикасаться к ней. Перед Олесей, она такая верная подруга, которая не бросила её в беде, составила компанию, готова была прислуживать, лишь бы быть вместе. А на самом деле двуличная завистливая тварь.

— Она убежала в лес. Она дикарка! Неделями может проводить в облике волчицы, — меня словно обухом по голове ударило.

— Какой у нее окрас?

— Белый, — в ушах зазвенело. Я рыскал по лесу, с ума сходил, мечтая встретить белую волчицу. А это была моя жена?

За открытым окном послышались шаги. И я впервые в жизни испугался. Я не хотел, чтобы Олеся знала о том, что произошло. Я кинулся убирать следы преступления. Шарф и разорванные веревки, кидая в улыбающуюся Машу халат.

— Проваливай! Завтра вылетишь отсюда.

— Не посмеешь. Если не захочешь, чтобы Олеся видела как ты кайфуешь от моего минета, — с этими словами она схватила телефон с тумбочки и выбежала из комнаты.

Она записывала?

После бурной брачной ночи я проснулась одна. Смотрела в потолок думая о том, что Глеб был сегодня совсем другой. Нежный и ласковый. Он стал моими первым мужчиной и мне хотелось верить, что отношения между нами изменятся. Мне до жжения в груди захотелось, чтобы мы стали настоящими супругами.

Я встала, между ног неприятно жжёт. По привычке надела очки.