Отдана чудовищу

Картинка нашей смятой постели стала мутной. Я сняла и появилась четкость. Зрение восстановилось так же неожиданно как и пропало. Это было похоже на чудо.

Я поспешила в душ. Нужно привести себя в порядок. Я хочу выглядеть лучше к возвращению Глеба.

Первым делом я посмотрелась в зеркало. Мои глаза блестели фиолетовым блеском. Они очень красивые. Я рассматривала свое голое тело, провела по груди, вспоминая как это делал Глеб. Ему нравилось то, что он видел. Невозможно же так притворяться.

Впервые в жизни я чувствовала себя красивой.

И мне хотелось смеяться, любоваться собой. На завтрак спустилась в приподнятом настроение, прошла в кухню, где слуги готовили завтрак, а Константин раздавал команды.

— Доброе утро, — этот обычно хмурый мужчина по-доброму мне улыбнулся. — Хотите чего-нибудь?

— Да. Я хочу знать, что любит есть на завтрак мой муж, — мысленно повторила. Мой муж. И настроение поднялось ещё больше.

— Яичницу с беконом и томатный сок.

— Можно я сама приготовлю? — мне хотелось сделать первый шаг, отблагодарить за то, что он был таким нежным и ласковым.

— Да конечно. Вы же хозяйка в доме, — я покраснела и посмотрела на вошедшую Машу. Выглядела она как побитая собака.

— Привет, — улыбнулась подруге.

— Ага, — хмуро произнесла она, наливая себе стакан воды. — Как первая брачная ночь? — Маша стояла за моей спиной, пока я ставила сковородку на плиту.

Я огляделась. Повар пошла в кладовку за овощами, Константин был занят тем, что проверял частоту бокалов. Достаточно далёко от нас. Никто нас не подслушивает.

— Ой, Машунь! — я блаженно закатила глаза. — Ты была права. Глеб он такой… такой… — меня захлестнула масса эмоций. Я не могла подобрать слов. — Он был так нежен. И мне кажется, он что-то ко мне чувствует. Просто не разобрался в себе. — Маша стала хмурой.

— Ты бы не очень-то мечтала на этот счёт. Не забывай, что он привел тебя силой. Угрожал отцу! Так хорошо трахал, что ты поплыла? — Маша была рассержена и говорила ужасные слова.

— Маш, что-то случилось? — я терялась в догадках почему она такая злая.

Мне же было так хорошо, что я хотела сделать всех счастливее. На всех меня, конечно, не хватит, но хотя бы единственную подругу.

— Ничего, — она улыбнулась. — Я вчера маленько перебрала. В голове поселились тысяча дятлов. Я буду очень рада, если ты будешь счастлива.

Повинуясь порыву, обняла подругу и поцеловала в щеку.

— Это самое странное. Они мне не нужны. Зрение восстановилось.

Константин, рассматривающий бокалы на свету выронил их на пол.