Как минимум, познакомился бы с твоей матерью! Как максимум, развелся бы. Мужчины водят за нос только тех женщин, которыми привыкли пользоваться.
Ее лицо каменеет, а губы сжимаются в ровную линию.
— И в армию ты идешь вовсе не по зову сердца и не потому, что это твое призвание, — продолжаю я. — Ты молода и в твоей голове слишком много романтики. Думаешь, наверное, что он одумается и бросится следом за тобой, когда поймет, кого может потерять? Руку и сердце предложит, может, даже на колени встанет? Как мужик его возраста говорю: верить в эту романтику такая же ошибка, как и та, что ты совершила в отеле! Реальные мужчины так не поступают!
Ответом мне служит только играющие желваки на ее лице.
— Лея, я тоже мужчина, а значит, понимаю его лучше тебя. И мой тебе искренний совет от всего сердца — порви с этим козлом как можно скорее.
Глава 7. Оксана
Не бегай за мужчиной, которому ты не нужна.
Услышать это из уст Платона больно. Хотя он считает, что речь идет о каком-то другом мужчине, в которого влюблена, я-то на самом деле знаю, что все эти годы мечтала о нем одном.
Просто так и не смогла сказать Юле, что схожу с ума по ее отцу.
От лучшей подруги не ускользнуло то, что я постоянно витаю в облаках, не смотрю на других мужчин, а еще однажды я проговорилась, что да, я влюбилась.
Так и появился этот несуществующий мужчина, от отношения с которым меня отговаривает Платон. Мне же просто нужно было объясните Юле, почему мои чувства запретны и неосуществимы.
Он женат.
Теперь пришло время расплачиваться за эту ложь.
Семейство Дмитриевых, а с ними и моя мама, которой я однажды тоже рассказала полуправду, теперь уверены в существовании какого-то женатого мужчины, который пудрит мне мозги, а я бегаю за ним, как дворовая кошка.
Так что, наверное, мне стоит послушаться Платона.
Ведь даже в траттории возле его головного офиса я оказалась не случайно, хотя и не призналась ему в этом."
"Когда-то мы вместе с Юлей приходили сюда в обеденный перерыв Платона. Время я знала. Еда здесь тоже была вкусной.
Или мне так казалось, потому что он был рядом.
Сейчас «Цезарь» безвкусный, как картон.
Я снова надеялась, что его покорит мой внешний вид, ведь теперь я одета куда сексуальнее, чем в аэропорту. Но напрасно. Больше он не смотрит на меня так, как в аэропорту, когда не знал, кто перед ним. Тогда я была для него желанной женщиной.
Теперь Платон видит во мне нескладную подругу своей дочери. Обманщицу. И нимфоманку.
Вот и советы дает такие, какие мог бы дать дочери.
