Сцена между сыном и отцом приковала внимание всех посетителей: они начинают оживленно перешептываться, глядя в спину Сергею, который выходит за ним следом.
Я залпом осушаю бокал вина и несколько секунд разглядываю тарелку с горой ракушек, которую Сергей должен был мне романтично скормить. Пока не могу оформить бушующие во мне эмоции в трезвую мысль, но одно знаю точно: усидеть на месте я не могу. В конце концов, я к этой трагичной сцене тоже причастна, и просто ждать ее итога будет неправильным.
— Счет мы обязательно оплатим, — бросаю перепуганному официанту, который застыл с подносом в метре от нашего стола, и, грохоча каблуками, бегу к двери.
В вестибюле Димы и Сергея нет, есть только симпатяга-администраторша с вытаращенными от удивления глазами.
— Снаружи? — выпаливаю на ходу.
Девушка энергично кивает головой и для убедительности тычет пальцем в входную дверь. Вылетаю на улицу и оглядываюсь. Черт, надо успокоиться. Драки точно не будет: у Димы, конечно, мускулатура хорошо развита, но до Сергея ему еще лет пять в качалке торчать.
Я-то знаю, о чем говорю: все-таки с обоими спала. Уф, не вовремя конечно я об этом вспомнила. Да и не станет Сергей драться с сыном. Наверное. Ой, надеюсь только, что Дима не додумается меня денежной подстилкой называть и оскорблять. Вот тогда сможет.
Отца и сына я нахожу без труда по надрывным выкрикам Димы: он выбрасывает вперед ноги и извивается всем телом, пока Сергей, крепко обхватив его руками, прижимает к своей груди.
От это картины сердце ноет так, что на глаза наворачиваются слезы. Не за Диму, а за Сергея. Почему-то именно о его состоянии я сейчас больше всего беспокоюсь. Может быть, потому что люблю его, а, может, потому что Дима меня обидел и в его чувства я больше не верю. Возвращаться я к нему в любом случае не собиралась, даже если бы с Сергеем не сложилось, поэтому раскаяния за вероломство не чувствую. И за чувства к его отцу тоже вины не испытываю — да, ситуация по-родственному нестандартная, но вышло как вышло.
Я как-то по телеку видела, что отец в дочь влюбился — вот это действительно жопа. А своей любви к Сергею стыдиться я не собираюсь. Да и кто бы стал стыдиться на моем месте? Он же потрясающий — красивый, умный, чуткий, сексуальный, сильный… Ох, хватит уже, Живцова. У нас тут трагедия разворачивается.
— Успокойся, успокойся, сын, — охрипшим голосом произносит Сергей, сильнее стискивая плечи Димы. — Я тебя сейчас отпущу.
