Отец подруги. Навсегда твоя

Понятия не имею, почему с ним. Почему я вообще ищу у него какой-то то ли поддержки, то ли одобрения, то ли понимания. Но мы переглядываемся и после этого только я могу повернуться к Ксю и сказать:

— Может, в другой раз? А сейчас поедем к Дане?

— Нет, сейчас. Мы ненадолго. Я хочу кое-что забрать.

Понятия не имею, что именно Ксю хочет забрать, но сомневаюсь, что там осталось хоть что-то, что некогда было нам дорого. Я уверена, что мама давным-давно все выбросила или распродала или вообще раздала соседским детям.

Все же, она болела, и часто воспринимала других детей за меня, а Ксю вообще вспоминала с трудом.

И все же, я не могла отказать сестре. Я не хотела сейчас портить с ней отношения, не хотела, чтобы она думала, будто мне тяжело поехать домой. Поэтому я соглашаюсь, а Дамир обещает отвезти нас. И, видимо, пойти вместе, потому что в прошлый раз в нашей квартире кто-то был. Скорее всего, мама дала ключи своему собутыльнику и сожителю и ему не было стыдно проживать в чужой жилплощади.

Дорога домой занимает от силы полчаса. Дальше, мы выходим из автомобиля, я беру сестру за руку и мы обе идем за Дамиром. Как я и думала, квартира не пустует. Честно говоря, мне бы очень хотелось, чтобы здесь никого не было, потому что у самой неожиданно появилось желание пройтись по комнатам, посидеть на кухне, если там, конечно, осталось на чем сидеть.

Внезапно стало интересно, что здесь вообще осталось, и я, не обращая внимания на ошарашенного мужика в растянутой водолазке, рванула в квартиру.

Сначала — в нашу с Ксю комнату. Там, к моему удивлению, все было как прежде. Даже мебель вся была на месте, хотя большую добротную кровать можно было хорошо продать.

Ксю тут же стала рыться в тумбочках, что-то ища, а я пошла дальше. В мамину спальню, где в углу были сложены бутылки, а на кровати стоял обгоревший матрас.

У меня дрожат руки и что-то сильно-сильно сдавливается внутри, когда я смотрю на это пятно и неожиданно понимаю, что квартира могла превратиться в пепел.

Судя по всему, на матрасе кто-то заснул с сигаретой. Или же вообще специально поджег. И сделали это вот буквально недавно, потому что здесь даже запах гари все еще стоит.

Я подхожу к окну и открываю его настежь, впуская в квартиру свежий воздух. У мамы в комнате тоже ничего не изменилось, а вот на кухне, куда я иду в конце, нет техники. Никакой. Даже встроенную духовку и ту вытащили. С кроватями, видимо, не захотели возиться, или же не нашли покупателей.