Отец поневоле (СИ)

— Где твоя… Оля? — тихо спрашиваю, подходя к сыну.

— Оля? Домой уехала.

Голос бывшего сейчас не звучит напряженно или холодно. Скорее, именно измотанно.

— Это из-за меня, да? Я могла бы поехать к себе, чтобы…

— Успокойся, — Назар на корню пресекает мою попытку сгладить ситуацию. — Оля — няня Платона, — добавляет он, рассеянно глядя на те же документы.

А я ошеломленно осознаю его слова. То есть между ними… ничего нет? Или он не это сказал?

— Вы не женаты? — ляпаю то, о чем подумала изначально.

— Нет.

— Почему сразу не сказал?

— А я обязан? — усмехается Назар.

И я тут же понимаю, насколько глупо звучит моя претензия. Наверное, для него действительно все выглядит именно так — неверная жена, скрывшая ребенка не достойна какого-то человеческого понимания. Это я отрезана от нашего прошлого. А он — нет. И, вероятно, наш разрыв дался ему непросто.

— Прости, конечно, нет. Мне всего лишь хотелось правильно понимать ситуацию. И если мое появление как-то внесло раздор между тобой и няней Платона…

— Да хватит уже! — неожиданно взрывается Назар, но тут же осекается, бросив опасливый взгляд на сына.

Но тот только вздыхает и продолжает сладко сопеть. — Не переоценивай свою значимость, Полин, — добавляет он уже куда тише.

Его слова больно бьют по нутру. Почему? Я не знаю. Пока он мне чужой человек. Я не помню ничего из нашего прошлого, наших чувств. Но все равно этот холод в его голосе заставляет внутри все сжиматься.

— Извини…

Я не знаю, что еще сказать, но бывший только качает головой и отмахивается.

— Ладно, хорошо, что ты проснулась. Нам надо кое-что обсудить.

Страх липким комком собирается в груди. Что еще? Сейчас он скаже, что мне не место рядом с сыном, после того, что я сделала? Выгонит к родителям?

— Что? — тихо спрашиваю, затаив дыхание.

— Это касается безопасности, — хмурится Нахар. — Твоей и Платона.

— А что с ней не так?

— Ты куда-то влезла, Полина. Влезла очень серьезно, так что сейчас вопрос безопасности стоит остро — в основном, потому что ты не помнишь ничего, и поэтому я не знаю от кого вас защищать.

— А нас надо защищать? — растерянно спрашиваю.

— Судя по твоей записке, да. И раз уж пока ты не можешь рассказать как было дело, придется переехать."

"— Нет! — тут же реагирую, вставая между мужем и люлькой. — Я не оставлю сына! Понял? Ты не заберешь его у меня!

— Я и не собираюсь, — раздраженно фыркает он. — Хотя ты сама бросила его у меня на пороге.

— Значит, у меня не было выхода, — упрямо возражаю.

— Может быть.