— А… Нет, я не лазала. С чего ты взяла?..
— Я же знаю, — продолжала Надежда. — И дверь не заперли. Зачем, Лидочка?
* * *Максим Вавилов пил чай и усердно старался не думать о Екатерине Михайловне Самгиной.
Сам перед собой прикидывался, что она его интересует только в качестве свидетельницы.
А как же иначе?.. Это и есть его долг! Программа защиты свидетелей существует только в Штатах, у нас такой программы отродясь не было и не будет, значит, он сам и есть защита свидетелей. Вот он свидетельницу и защищает!
Странно было думать, что она у него в доме, и он улыбнулся, прихлебывая чай.
Вообще странно было думать, что у него в доме кто-то есть в то самое время, когда он на работе, тем более такая.., необыкновенная девушка, как Екатерина Михайловна!
…Почему же ее хотели убить, а? Да еще почти на глазах у оперов?! Чем это можно объяснить?!
Он сидел, прихлебывал чай, думал так и эдак, и выходило, что объяснить это ничем нельзя.
Нет, можно только одним — она как-то связана с голым трупом в наручниках, хоть и отрицает сей факт.
Причем связана так крепко, что убийца не стал дожидаться, когда менты уберутся подальше, а подкараулил ее в подъезде.
Как она связана?! Как?!
Может быть, станет немного понятнее после того, как он поговорит с ее подругой, хотя, если вдуматься, что подруга?! Подруга в Питере, а все случилось в Москве!
Значит, если следовать простой и понятной логике, в Москве у Екатерины Михайловны были какие-то серьезные криминальные или почти криминальные связи, а она утверждает, что никаких таких связей у нее в Москве не было и она просто приехала учиться журналистике!.
.
Что-то тут не так. Что-то явно не так, что-то он упускает, все время проходит мимо. Максим Вавилов, опытный старший оперуполномоченный, знал, что, как правило, все преступления объясняются до смешного просто, так просто, что, к примеру, детективчик сочинить про его работу никак нельзя! Ну, даже если очень постараться!.
.
Вот нашли на прошлой неделе труп.
Самый обыкновенный, труп как труп, огнестрел. Стали разбираться, и что оказалось? Оказалось, что сожительствовал этот самый труп, когда еще не перешел в состояние трупа, с некой дамочкой. А дамочкин муж пребывал в местах не столь отдаленных, да вдруг по амнистии вернулся. Дамочка с ним развелась, конечно, только вернувшегося это нисколько не охладило.
