Ну вот и отлично! Вот и нашлось объяснение тому, зачем он занимается делами этой русской! Все затем, чтобы через нее выйти на предполагаемого члена группировки, затеявшей кино под названием «Убить президента»! Он станет охотиться на Надежду, а Дэн в этот момент будет охотиться на него самого!
Ему было немного неловко перед самим собой за то, что так глупо ищет повод, и он от души радовался, что повод у него есть — вполне реальный, вполне тянущий на повод! По крайней мере, для начальства.
Тут он снова ее увидел — она поднималась к нему с подносом в руках.
— Я сварила вам кофе, — хвастливо сказала она, приостановившись, и опять стала сосредоточенно подниматься. — Вы наверняка хотите!
— Хочу.
На подносе был серебряный кофейник, чашки в голубую клетку, сахарница, лимон и еще что-то вкусное под салфеткой.
— Это Эльвира Александровна прислала, — сказала Надежда, поравнявшись с ним, и кивнула на салфетку:
— Только что испеклись. Вы едите пироги?
— Конечно.
— А пьете кофе с кофеином?
— И еще с сахаром и сливками.
— У нас первый управляющий был итальянец и страшный осел, — сказала Надежда, пристраивая поднос на малиновую банкетку возле лифта. — Давайте прямо здесь сядем и выпьем кофе! А второй был американец, и…
— Тоже осел?"
"— Нет, он как раз был ничего. Но он не пил кофе с кофеином! И спиртного совсем не пил, все только колу. При нем наш ресторан с русской кухней освоил бургеры и картофель-фри. И еще он все время принимал пищевые добавки, и однажды наши девчонки ему их подменили.
— Зачем?
— Ну, не знаю. Пошутили, вот зачем!
— Отлично, — похвалил Дэн Уолш.
— Они нашли у доктора Трутнева похожие таблетки и насыпали в его флакон. И он месяц вместо пищевых добавок принимал три раза в день валерьянку и чувствовал себя прекрасно! А весь отель над ним хохотал. А теперь у нас вообще отличный управляющий. Ирландец. Ирландцы похожи на русских.
— Я ирландец.
Надежда вытаращила глаза.
— Не может быть!
Он пил кофе, ел пирог и улыбался.
Он вообще хорошо улыбался — иногда только глазами, и это было привлекательно и очень странно: веселые глаза и совершенно серьезное лицо.
Надежда вздохнула.
— А вас за что бросила жена? Только из-за работы или вы ей изменяли?
Он покрутил головой, прожевал и только потом сказал:
— У нас не принято.
— Что?
— Изменять женам.
— Да бросьте вы!
— У нас лучше развестись, чем изменять. Во-первых, существует общественное мнение, во-вторых, карьера.
